– Поднимайся! – Она срывает одеяло, под которым я лежу в одних трусах, и столбенеет при виде бугра в них. – Что…
– И тебе доброе утро, – выдаю я, не в силах сдержать широкой улыбки. – Мы с моим другом рады тебя видеть.
Она не успевает ответить – в дверь снова настойчиво стучат. На мгновение Булочка захлопывает выразительные глаза, потом открывает, и на этот раз в них читается не только смущение, но и мольба.
– Громов, пожалуйста, – ее голос звучит на октаву ниже, а на щеках расцветают алые пятна. – Это Веня. Я знаю его, он вахтершу вызовет, если я не открою.
– Такой же зануда, как и ты, – ворчу я, поднимаясь на ноги.
– Давай сюда. – Огнева тычет в узкий проем между шкафом и входной дверью.
– Издеваешься, что ли? – Я сдергиваю со стула джинсы и на ходу натягиваю на себя, воюя с молнией в районе паха. И хотя от такого равнодушия девчонки мой член начинает грустить, он все еще не желает упаковываться в ширинку.
– Стой тихо, – командует она, когда я занимаю место у шкафа, и, получив от меня в ответ надменный взгляд, распахивает дверь.
– Ты проспала! – Булочка не ошиблась, этот заумный тон может принадлежать только такому лузеру, как ее Вениамин.
– Проспала, – упавшим голосом подтверждает Огнева. – Не жди меня. Я соберусь и примчу в универ.
– Ты помнишь, у кого первая пара? – задротским тоном уточняет додик.
– Вень, давай вот как раз обсудим, – раздраженно цедит девчонка. – И оба опоздаем. Спасибо, что разбудил. А теперь иди, мне еще в душ надо успеть.
– Ты вчера нормально добралась?
– Да, нормально.
– Я бы тебя ни за что одну там не оставил, – теперь в голосе задрота явно проступает вина, – но Лика… она…
– Вень, я все понимаю, – прерывает его излияния Булочка. – Потом, ладно?
И только захлопнув дверь, девчонка облегченно выдыхает. Странная такая. Будто мнение ее Вениамина на самом деле имеет хоть какое-то значение.
– И как вообще вы подружиться могли? – недоумеваю я. – Ты – огонь. Он – пыль.
– То же самое могу спросить про тебя и Быкова, – парирует она, дерзко приподнимая бровь.
Ну ок, зачтено.
– Итак, чем займемся? – Понизив голос, я делаю шаг по направлению к девчонке, но она отпрыгивает от меня, как пугливая лань.
– Не подходи ко мне!
– А как же мой оргазм?
– К-какой оргазм?
– Тот, который ты мне должна, – говорю я и обхватываю ее за талию, прижимая к себе.
Учитывая Булочкину динамо-натуру, я вообще-то ни на что прямо сейчас не рассчитываю, но упустить возможность подразнить ее просто не могу.
– Блин, Громов, отпусти меня, пожалуйста. – Она тяжело сглатывает. – Я тебе ничего не должна. Это… все… не повторится больше. Мы договаривались: ты ночуешь здесь и…
– Что именно не повторится, м? – уточняю я, с каким-то мазохистским наслаждением, потираясь членом о Булочкин живот. – Твой оргазм или то, что ты меня оставила без сладкого?
– Ничего не повторится! – Она упирается ладонями мне в грудь и с силой отталкивает. Я бы мог, конечно, ее удержать, но так уже и не хочется – хочется, чтобы она сама захотела. – Забудь обо мне, Громов.
– Не могу, Булочка, – сообщаю с притворным сожалением. – У меня еще никогда не было такого старательного персонального ассистента.
– Тогда давай в память о наших деловых отношениях разойдемся в разные стороны с миром, – тут же находится девчонка.
Разойдемся?
– А этого я тебе обещать не могу, – натягиваю на себя футболку со свитером и снимаю со спинки стула бомбер, который вернула мне Огнева. – Как там в рекламе? Попробовав раз – ем и сейчас. А я тебя, Булочка, только-только распробовал.
Оставив за собой последнее слово, я даю возможность Огневой переварить услышанное, а сам выхожу из ее общажных хоро́м. На ходу закидываю в рот жевачку и быстро сбегаю по лестнице вниз. Сначала поесть, а потом все остальное.
Пока я еду в такси в ближайший ресторан, чтобы не травиться в столовой, на телефон приходит сообщение от Лики. Тут же перезваниваю – убедиться, что у нее все в порядке. Бык вчера, конечно, жестко накосячил.
– Эй, ну ты как? – спрашиваю я, услышав в трубке взволнованный голос Саниной девушки.
– Нормально. Спасибо тебе, Арсений. Я просто не знаю, что бы я вчера делала…
– Эй, забыли, ладно? Оставайся столько, сколько нужно будет.
– Я сегодня уеду. Саша звонил.
А вот это удивительно: такой бухой вчера был – я думал, он минимум до обеда спать будет.
– Че говорит?
– Я не взяла трубку, – признается она. – Пока что. Хочу подумать. Но ты… не говори ему, пожалуйста, про то, что я с Вениамином уехала. Он в прошлый раз ужасно разозлился из-за него. Не хочу… не хочу, чтобы кто-то пострадал.
– Послушай, – говорю осторожно. – Саня мой друг, а друзьям мы часто многое прощаем, но… если он тебя обижает, ты должна мне сказать.
Повисает молчание, а после звучит именно то, что я и ожидал услышать:
– У нас все нормально. Спасибо за заботу, Арсений.
