– Чувствуешь? – Он шепчет мне в губы хрипло, запыхавшись. – Если бы это был мой член, ты бы уже захлебывалась от стонов. – Он двигает рукой медленно, размазывает смазку вокруг, а ее чертовски много. – Ты капец какая горячая, Огнева.
Арсений просто облизывает меня – от подбородка до носа. И это кажется чем-то таким порочным, что я повторяю свое «а-а-ах», от которого тот срывается с цепи.
Громов неглубоко входит в меня уже двумя пальцами и короткими быстрыми движениями дразнит так, что тугой узел внизу живота скручивается в пару мгновений. Языком Арсений повторяет ритм ладони, и в какой-то момент я понимаю, что он практически имеет мой рот. Он трется твердым членом о мои шорты, а я выгибаюсь, посасываю его язык, губы, уже подбородок, потому что это черная магия, которой нельзя противостоять. Наваждение какое-то.
Если впустить реальный мир, то можно, наверное, услышать жуткий скрип кровати, почувствовать запах хлорки после генеральной уборки комнат, увидеть тусклый свет уличного фонаря, пробивающегося в окно. Если. Но у меня в ушах бешено бьется пульс, нос чувствует лишь парфюм, который теперь кажется знакомым, а в глазах… в глазах такая чернильная темнота, что я провалилась в нее и тону.
– Я подыхаю, как хочу тебя, – несвязно бормочет Громов мне в губы, ускоряясь, яростнее нападая, отпуская контроль. – Если сейчас так… Ты представь, как охеренно будет…
– Я-я… – Два слова связать не могу, не сумею ответить ему, даже если постараюсь, потому что сейчас я забираюсь на самую вершину американских горок, чтобы…
– Ты, ты, Булочка. Кончай.
И я лечу вниз.
Кончает Булочка, как фейерверк. Все ее тело пробирает дрожь, влажная плоть под моими пальцами сокращается, с губ срываются хрипы и стоны, от звука которых я сам едва не стреляю ей в живот.
– Аа-а-а… Ар-р-р… Арсений…
Просто капец. Член колом стоит, в груди у меня бахает так, словно я на время пробежал стометровку, все тело под жалким одеялом покрылось испариной. Мне мучительно хорошо и одновременно приятно-болезненно. Огнева такая узкая и горячая внутри, что у меня впервые закрадывается сомнение в ее сексуальной опытности. Что, если?.. Да ну, фигня, двадцать первый век на дворе, а она второкурсница, еще и с таким шикарным телом.
– Булочка… – зову я девчонку, когда она через несколько минут затихает подо мной.
Моя ладонь все еще в ее трусах, там горячо и мокро, и мне, несмотря на обещание не настаивать сегодня на сексе, отчаянно хочется продолжения.
– М-м-м. – В ответ я слышу лишь неясное мычание.
– Может, все-таки мне тоже поможешь? – дожился, блин, о сексе девчонку умоляю. – Я горю, Булочка, чувствуешь?
Для убедительности тычусь ей в бедро каменным членом, но в ответ получаю лишь мягкий вздох, который никакого приятного продолжения мне не обещает, и следом – тихое сопение. Не вижу ее лица в темноте, но… охренеть. Она просто заснула?! Вот так?!
Для пробы еще раз трогаю ее клитор, а дыхание Огневой даже не меняется. Шепчу на ухо забористую пошлость про ее задницу – снова ноль эмоций. Эта хитрая Булка меня просто поимела, сделав на несколько минут вид, что я имею ее!
С мрачной решимостью наказать ее при первой же возможности я собираюсь перекатиться с бока на спину и чуть было не падаю с кровати. Сука! Закрываю глаза и, с трудом примостившись рядом с Огневой, стараюсь не думать, как именно собираюсь ее «наказывать», но картинки одна за другой возникают в воображении – Булочка на коленях, я сзади, спереди, у нее во рту… Мой несчастный член, кажется, еще больше увеличивается в размерах.
Ох, Огнева, я тебе такое устрою! Неделю из койки не вылезешь. Будешь умолять. Да, именно умолять. Это последняя мысль, которая вспыхивает в одурманенном похотью и усталостью мозгу, прежде чем я отключаюсь. А после, кажется, буквально через секунду где-то в моем сне уже бьют в барабаны. Я резко распахиваю глаза, и так же резко сбоку от меня дергается теплое мягкое тело.
– Черт, черт, черт! – скороговоркой выдает взволнованный голос, и я вдруг все вспоминаю.
Булочка. Клуб. Наш поцелуй. Ее оргазм.
– Привет, Огнева. – Я поворачиваю голову, чтобы взглянуть на девчонку, но она перекидывает через меня ногу и еще до того, как я успеваю подхватить ее под ягодицы и усадить на утренний стояк, сползает на пол.
– Быстро вставай! – шипит она, одергивая на пышной груди футболку. – В дверь стучат.
– И что?
– И то! – От возмущения, смешанного с волнением, она пыхтит и краснеет. – Тебя здесь видеть не должны!
– Не открывай дверь, раз не должны, – не понимаю, чего она кипишует. И вообще, любая девица из моего окружения была бы только рада, если бы нас увидели вместе. Это для рейтинга телочек хорошо – спать с главной звездой баскетбольной команды. А я, пусть и нескромно, и есть та самая звезда. Даже обидно, что Огнева меня ни во что не ставит.
– Вставай, я сказала! – продолжает она гнуть свое. – Тебя нужно спрятать!
– Ты в своем уме, Булочка? Или у тебя из-за ночного оргазма мозг поплыл? Где ты собираешься меня прятать? Тут даже туалета нет.
