Она вышла из операционной уставшая, в конец измотанная всем произошедшим, к тому же, чувствуя нечеловеческую боль в пояснице и тяжесть внизу живота.
Игорь сидел в коридоре один. Видимо, позаботившись о родителях, отправил их домой. Увидев девушку он тут же встал и подошёл к ней.
— Ну что? Всё хорошо? — в его глазах читалась надежда и волнение за ребёнка.
— Всё в порядке. Операция прошла успешно. — на её лице промелькнула измученная улыбка. — Где мама Леры? Её бы к дочке.
— Мама Леры умерла два месяца назад. — ответил мужчина.
— Как? — не ожидая такого поворота, поразилась Лаврова.
— Передозировка наркотиками. Давай не будем… — попросил он, поморщившись от неприятных воспоминаний. — Как ты?
— Замечательно. — сдерживая слёзы, она решила солгать.
А смысл говорить правду сейчас? Поезд ушёл… Сама ему наврала.
От бушующих внутри переживаний стало резко хуже. Лера чувствовала, как сердце ухает в груди, отчеканивая все сто двадцать ударов в минуту. Резко потемнело в глазах, а тяжесть внизу живота сменилась болью и девушка, не успев больше ничего сказать, потеряла сознание.
Медленно придя в себя, Калерия осмотрелась, скользнув взглядом по помещению в котором находилась. Палата их больницы. Индивидуальная, класса люкс. Высоко же её ценят здесь, раз уложили в такую.
Над головой высилась капельница, ведущая свой путь к её руке. Лаврова перевела взгляд и увидела родную фигуру, спящую в кресле, стоявшем в углу.
Боясь спугнуть его неспокойное сновидение, девушка рассматривала бизнесмена, жадно глотая глазами каждую чёрточку, по которой безумно скучала. В душе стало очень горько. Она сама отказалась от собственного счастья, когда оно было так близко… Но что она могла?! Позволить нанести ему удар из засады? Отнять любимого ребёнка? Вон он как любит дочку… А бизнес? Его компания, его всё: усилия, многолетний труд. Нет, этого она позволить не могла… А сейчас нет смысла.
Они столько раз пытались быть счастливыми и всё время что-то мешало. Счастье на грани, но никогда не было полным и безграничным. Уже не верилось, что получится вновь. Да и её поведение, за которое не было прощения: враньё, намеренно приченённая боль, недосказанность, подлость. Такое не прощается, не
забывается, как бы не старались.
Её мысли прервал Игорь, который, словно почувствовав что-то, открыл глаза.
— Лер, я сейчас, доктора позову! — засуетился он и выбежал в коридор.
Через минуту в палате уже была Юля, тоже дежурившая в ту ночь у себя в отделении.
— Ну что, Калерия Александровна? Уже отцам больных на руки начали падать? — поприветствовала она непослушную пациентку.
— Всё же лучше, чем на пол в операционной. — отшутилась Лера. — Я здесь до утра полежу и всё.
— Что значит ты здесь полежишь и всё? Я тебе много раз говорила, что с таким состоянием шутить не стоит! Теперь, дорогая моя, будешь лежать сколько полагается! — буркнула гинеколог и вышла из палаты.
— Юлия Георгиевна! — к ней тут же подошёл Истомин. — Как Лера?
— А вам, собственно, какое дело? — вопросительно вскинула брови та.
— Мне, знаете ли… — взорвался мужчина. — Я вообще то её муж, пусть и бывший!
— И насколько давно вы бывший? — сразу же оценила ситуацию и решила проверить свою интуицию Юлия.
— Три с половиной года, но мы… Вообщем, последний раз мы расстались четыре месяца назад.
— А… — усмехаясь, протянула врач. — Лера беременна.
— Это я знаю.
— А то, что у неё девятнадцать недель беременности? С математикой, у вас, надеюсь, всё хорошо? — Игорь с минуту помолчал, а потом, на его лице отразилась вся гамма чувств от шока до радости.
— Спасибо вам! — просиял он, взяв девушку за плечи.
— Да пожалуйста, только усмирите Калерию Александровну, а то она совсем не хочет прислушиваться к моим рекомендациям. — и Юля вкратце рассказала, жалуясь, о том как Лаврова нарушает все требования врачей.
— Я всё понял, не волнуйтесь. Теперь за ней есть кому присмотреть. — уверенным тоном произнёс бизнесмен и решительно вошёл обратно в палату.
Лера тут же приподнялась с подушки, усаживаясь в кровати поудобней.
— Ну, и долго ты собиралась молчать? — спокойно начал Игорь, сразу перейдя к делу.
— О чём? — сделала вид дурочки, бывшая жена.
— Лера, прекращай играть. Неправдоподобно получается. Почему ты не сказала мне, что беременна?
— Потому что, это не имеет к тебе никакого отношения.
— Да, а ты от святого Духа, значит, забеременела? Не от меня? — начал выходить из себя Истомин.
— Это мой ребёнок и я сама справлюсь со всеми трудностями. — упрямилась девушка. — Так что, хватит строить из себя отца-героя. Иди к дочери, ты ей нужнее.
— Давай я сам решу, куда и когда мне идти?! — бушевал бизнесмен, начавший злиться от упорства бывшей жены, с которым она вычёркивала его из своей жизни.
— Решай, но и ко мне не надо лезть! Оставь меня в покое! — жёстко отрезала она, понимая, что тянет расплакаться, что не выдерживает этой пытки: разговора с ним.
— Хорошо. — выдохнул, вдруг, Игорь и ушёл.
Калерия прикрыла глаза, из которых покатились слёзы. Всё правильно. Всё верно. Счастье — не для них.
Однако, уже на следующий день, Истомин вновь появился в её палате.
