Даже в подобной ситуации Ра не стала себе изменять. Тратя уйму сил в борьбе за собственную жизнь, она, тем не менее, не упускала возможности позубоскалить.
«Я не испугаюсь каких-то там призраков. – Соседка беззаботно хохотнула, хотя надрыв в голосе замаскировать не смогла. – Бавкида сколько угодно может думать, будто обыграла меня. Она победила, но лишь в первом раунде. Тебе стоит как следует подумать о том, на кого делать ставку».
Желание огрызнуться забурлило гейзером, но я тут же наступил себе на горло. Пустые пререкания ни к чему хорошему привести не могли. Да и издеваться над Ра, чьи силы практически целиком уходили на борьбу с невидимыми, но вполне осязаемыми и явно зловредными сущностями, совсем не хотелось. Терзал меня лишь один вопрос:
– Ра, почему я все еще слышу тебя?
Судя по тому опыту, что нам двоим довелось пережить в тайной ложе Куатов, источники помех, вроде тех же высвобожденных из заточения сущностей, должны бы были наградить меня заветной тишиной. Однако не случилось. Почему?
Послышался сухой смешок, а после еле слышное, но оттого не менее ядовитое:
«У всех свои секреты, Сети. Но ты не переживай. Как только все закончится, все тайное обязательно станет явным».
Очередная холодная и абсолютно неразличимая в темноте тварь скользнула мимо меня глубоководным змеем, снова вынудив вздрогнуть и, увлекая за собой Эйтн, резко попятиться. Совершенно не понимая, куда движемся, мы, кажется, столкнулись с Томеи. Те вскрикнули, но тут же заткнулись. Лорд Иво как будто о чем-то спросил, впрочем, я не был уверен. Мои мысли, растревоженные внезапно случившейся суматохой, вдруг потекли в направлении, куда указывала завуалированная угроза, прозвучавшая из уст Ра.
Однако прежде чем я успел хоть как-то взвесить едва народившиеся умозаключения, все внезапно прекратилось.
Тьма, охватившая центр управления, рассеялась, оставив после себя неприятное ощущение попадания в трясину. Тусклый свет резал глаза, но разглядеть последствия сотворенного беспорядка это к счастью не помешало. Вокруг по-прежнему сохранялась первозданная чистота. А вот троица гордых лейров, явившихся с намереньем призвать старуху к ответу, превратилась в измученных, истерзанных и силой чужой воли согнутых к полу существ. Все трое оставались живы, но вот здоровыми их назвать язык не поворачивался. Они выглядели так, словно несколько километров пешком пробирались сквозь параксанский колючник – кровь на лицах, кровь на одежде и ужас в глазах. Не знай я, кто это, предложил бы помощь.
Над всем этим безобразием высилась парящая и чуть размытая фигура Бавкиды. Втягивая в себя остатки тьмы, она глядела на Навигатора, сил которого теперь не хватило бы даже для того, чтобы поджечь лучину, и улыбалась.
– Никогда больше не назову лей-ири бесполезными демагогами.
Слова Бавкиды звучали весело, но веселыми отнюдь не казались. Они внушали тревогу. И определенную долю страха. Того самого страха, побуждавшего детей с воплями вскакивать посреди ночи в постели. И того, что заставлял наемных убийц расправляться со своими жертвами как можно быстрее. Страха, благодаря которому мы приобретаем иллюзию, будто становимся лучше, сильнее, растем над собой. Страха, заставившего меня робко позвать:
– Бавкида?
В мою сторону даже головы не повернули.
Аккуратно высвободив руку из пальцев Эйтн, я собрался было приблизиться, но едва сделал шаг, как вдруг услышал:
– Тебе лучше не двигаться, Сети. – Она предупреждала, но, как обычно, с усмешкой. – Если, конечно, ты не планируешь присоединиться к стану проигравших. Или тебя опять одолевает совесть и ты не в силах остаться в стороне, когда творится форменная несправедливость?
Я тут же застыл, лихорадочно пытаясь нащупать в уме достойный ответ. Ра, что удивительно, сохраняла молчание и это, честно говоря, напрягало даже сильнее, чем вид старухи, буквально утопавшей в сгустках ожившей тени – подобного я прежде и не видел никогда.
Четкий упрек в словах Бавкиды вернул меня в тот день, когда я по глупости своей думал, будто сумею обойти установленные ею же правила и спасти котят в пещере. Она напомнила о выборе, которого нет, и о том, что именно должно стоять во главе интересов любого лейра – Орден. Но Орден еще не есть Навигатор. И он намного больше, чем та же Бавкида. Он больше, чем все лейры. Орден – это поводок, что наброшен на стихию Теней. А потому и выбора никакого быть не могло.
– Ты… ты… – Сквозь хрипы Навигатора слов практически было не разобрать. – Бавкида… ты извратила само представление о том, что значит быть лейром. Ты погубила нас всех.
Старуха зловеще расхохоталась.
– Погубила? Ну уж нет! Я сделала нас могущественнее. И намного! – Страсть, с которой она все это высказала, вынудила меня отступить обратно и снова прикрыть собой Эйтн. Впрочем, зарождавшаяся буря улеглась, толком не начавшись. Голос Бавкиды потух и сделался похож на истинный шепот Теней. – Но я не стану утомлять вас подробностями, Навигатор. Все это слишком сложно, чтобы ваши заржавевшие мозги могли переварить.
