Она стояла на самом краю крыши с раскинутыми руками – его Алька. Увидев ее тонкую фигурку, он выскочил из машины, но не смог пройти и двух шагов, не смог крикнуть. У него пропал голос, и подломились ноги. Он упал на колени, глядя на нее, не в силах сделать вдох. Понимая, что если она сорвется, он умрет в одно мгновение… и Сашка отступила.
Еще никогда Игнат не бежал так быстро, сбивая ноги о ступени, царапая ладони о стены, устремляясь вперед, словно вверх его несли крылья.
– Алый! Алька!
Он притянул ее к себе и обнял так крепко, как только мог. Зарылся лицом в волосы, смял в объятиях, повторяя:
– Я шагну вслед за тобой, слышишь? Не смогу жить без тебя! Не смогу! Никогда больше не пугай меня так! Ты нужна мне, Алька! Нужна!
Она была грязной, в крови, но он не оттолкнул ее. Продолжал согревать ее, дрожащую под ветром, своим теплом, и руки сами потянулись к парню. Обняли в ответ, а губы нашли шею.
– Пух, ты здесь.
Сначала Сашка коснулась крепкой груди, потом ладони пробрались под футболку и накрыли горячий живот. Пальцы вдруг дернули пояс брюк.
Игнат замер, чувствуя, как бешено бьется сердце.
– Алька, нет, – удивленно выдохнул, но Сашка только прижалась теснее. Скользнула руками глубже.
– Да.
Он оказался рядом, и ей хотелось его больше. Почувствовать ближе. Как можно ближе, чтобы выжить под этим ветром. Немного отогреться, прежде чем навсегда сковать себя холодом.
– Да, пожалуйста! – проговорила, целуя его шею, подбородок, губы. – Завтра ты исчезнешь, тебя не будет. Ты необходим мне сегодня, сейчас! Пожалуйста, Пух! Пожалуйста…
И Игнат сорвался. Он так давно хотел ее. В этой девчонке была его жизнь. Он всегда принадлежал ей без остатка.
Он повернул и прижал ее к стене чердачного выхода, почти толкнул. С жадностью прижался сам, стаскивая одежду, помогая ей освободить себя. Вскинув на руках, вжался в нее бедрами, вторгаясь в горячее Сашкино тело.
– Алька…
Ее руки царапали, с силой обнимая его. Сашка целовала неистово, не давая парню вздохнуть. Или это он не давал. Разрывая дыхания, они встречались вновь и вновь, не щадя себя, пробуждая рассвет звуками своей исступленной близости. Именно в этот момент эти двое жили. Толчки наполняли тела энергией, а души жизнью. Сашка сжала футболку на спине парня и первый раз в жизни испустила стон. В нем прозвучало не только удовольствие, с ним вышли мука и боль. Игнат поймал этот стон раскрытыми губами, обнял Сашку и снова сказал:
– Я люблю тебя, Алый. Люблю тебя…
Он не отпустил ее. Застегнув на ней воротник куртки, повел вниз. Усадил в машину и пристегнул ремнем. Сашка шла молча, сопротивляться не было сил. Захлопнув за девушкой дверь, набрал знакомый номер на сотовом.
– Рыжий? Привет…
– Игнат?
– Я.
– Черт, который час? – на другом конце связи сонно отозвался абонент. – Ты меня разбудил. Слушай, раз уж позвонил: я такое помещение под клуб нашел…
– Витька, давай не сейчас.
– А что сейчас? – послышалось немного разочарованное.
– Мне нужна твоя помощь. Как никогда нужна.
– Ясно, – голос стал серьезным. – Что от меня требуется?
В этом был весь Виктор Артемьев. Друг, всегда готовый прийти на помощь.
– Скажи, у тебя дача свободна? Мне нужен дом за городом на несколько дней, пока я не найду надежное жилье. Срочно. Прямо сейчас.
– Я уже понял, что сейчас, иначе какого бы хрена ты звонил, – Рыжий хмыкнул. – Что случилось, скажешь?
– Потом. Нет времени. Так как с домом?
– Дача в полном порядке. Родители только вчера свалили в Париж. Неделя у тебя есть, Савин, но если надо, можешь и дольше жить. Предков я беру на себя.
– Спасибо, Вить, – сказал Игнат уже непосредственно парню в лицо, подъехав к новой и дорогой высотке, когда тот спустился и вышел на улицу, чтобы передать ключи.
– Не за что, – высокий рыжеволосый Артемьев покосился на машину, но от комментария удержался, сообразив, что друг не один.
Игнат попросил:
– Пожалуйста, не говори никому, что дал мне ключи. Вообще, что знаешь, где я. Даже моим парням. Это важно, Рыжий.
– Что, все настолько сложно?
Бывший одноклассник не стал врать.
– Похоже на то.
– Окей, как скажешь, Савин. Я слеп и нем. Но если захочешь рассказать, валяй, я к твоим услугам. Вместе подумаем, как быть.
На даче семьи Артемьевых – в красивом двухэтажном коттедже, расположенном в элитном загородном поселке рядом с лесополосой, царили тишина и покой. Игнату уже приходилось здесь бывать с друзьями, и он легко отпер высокие ворота и заехал во двор. Вывел Сашку из машины и не удержался, обнял.
– А что дальше? – спросила она. Всю дорогу молчавшая, не отстранилась, прижалась щекой к груди.
Конечно, он помнил, что ей нельзя врать, и честно ответил:
– Не знаю, Алый, но главное, что ты со мной.
С наступлением утра после долгой ночи из Сашки ушли все силы, и сейчас она казалась отсутствующей, тенью себя настоящей. Так же молча вошла в дом и позволила снять с себя куртку. Стояла и смотрела на светлую мебель и стены, широкие светлые окна, не решаясь пройти, словно в этой точке застыло ее время. Удивляясь, что где-то в мире может быть так спокойно и тихо.
