– Не говори ерунды, – холодно перебила его Рин, – ты выбрал худший из вариантов. Желание уступить брату лишь сделало тебя посмешищем, но никак не приблизило к той цели, которую ты поставил перед собой.
– Фрау Миямото, насколько я знаю, вы ведь в похожем положении. Так почему говорите подобное? Наверняка вы бы сделали тот же выбор, что и я.
– Я не собираюсь становиться тряпкой под его ногами, – кинула она на него рассерженный взгляд. – Моя цель – поддержать его и стать ему опорой. И твоя, наверное, тоже.
– Да, и я выполняю ее. Я ведь не могу контролировать порядок в землях напрямую – это работа моего брата. А эту работу может выполнять только один…
– Еще раз скажешь эту фразу, я перережу тебе горло, – снова прервала его девушка. – Забудь эту чушь про «править может только один», которой ты забил себе голову.
Он удивленно уставился на нее, словно прикусив язык.
– Запомни. Никто и никогда не справится с такой ношей, как целое государство, в одиночку. У Фердинанда фон Райса есть его род и еще четыре великих клана, которые разделили земли между собой. Кассандрикой правит не один человек, а целый совет семерых. Король Альвии имеет пять советников, Корона Обливиона – совет архимагов. Никто и никогда не занимается всеми делами в одиночку.
– Наш Император – единоличный правитель, он… – хотел возразить ей Вольфганг, нахмурившись, но она снова холодно ответила:
– Не ты ли нам рассказывал легенду о празднике Зеленых шляп? Или история о том, что Император склонился перед твоим предком, – чушь?
Он действительно говорил о том, что Фердинанд фон Райс отнесся к главе вулстратов как к равному себе правителю. Вольфганг не нашел, что ей ответить, и она продолжила:
– Править могут и двое. Вы – старший и младший братья. Что вас объединяет? Одна семья, одна кровь. Так почему вы не можете править вместе как один? Насколько мне известно, в Драфталке на вопрос, кто владеет землями, все отвечают «пять великих кланов». Не «главы пяти великих кланов», а именно «пять кланов», пять семей.
Она замолчала, закончив речь. Спутники выглядели ошарашенными – кажется, Вольфганг действительно разозлил ее настолько, что она вылила все свои измышления.
Возможно, Рин и была готова добавить что-то еще, но на ее плечо легла рука вампира, что сидел рядом.
– Так, госпожа Амира, – улыбнулся он, – дышите глубже, он вас уже понял, дальнейшие разъяснения можно не проводить.
– Джек… – Вулстрат хмуро поднял глаза на вампира, а затем на эльфа рядом с ним. – И ты, Хиро… вы тоже так считаете? Я поступаю неправильно?
Хиро задумался над ответом, а затем уставился вверх.
– Мы всегда поступаем так, как велит нам сердце, а не ум. Когда подступают эмоции, сложно остудить голову, даже если ты маг льда. Я не могу судить тебя за выбор, ведь твоя цель была благородной. Но если сейчас ты спрашиваешь, правильно ли поступаешь, значит ли это, что слова Рин заставили тебя засомневаться?
– Я… – Вулстрат выглядел сконфуженным. – Я всегда считал свой план блестящим, а сейчас… девятнадцатилетняя девушка заставила меня, тридцатитрехлетнего мужчину, усомниться в своих убеждениях…
– Иронично это слышать от тебя, ведь по меркам оборотней ты прожил на свете всего восемнадцать лет, а она – девятнадцать, – прыснул вампир.
– Поверь, не тебя одного постигла такая участь, – улыбнулся эльф. – Все же Рин – Верховная жрица, а не просто жительница Кассандрики.
Они все посмотрели на девушку, и та удивленно подняла брови.
– Что вы имеете в виду?
– Но давайте будем честны, каждый начнет сомневаться в правильности своих поступков, когда ему грозят перерезать горло, – весело продолжил Джек. Рин по-прежнему непонимающе смотрела то на него, то на других мужчин и в конце концов нахмурилась.
– Вы… смеетесь надо мной?
– Что вы, госпожа Амира, вообще-то мы высказываем похвалу вашему стремлению указать молодому герру фон Гиршу на ошибку. – Джек лишь усмехнулся. – Молодой герр фон Гирш, вам стоит задуматься, действительно ли эффективно то, что вы делаете. Да, вы защищаете свои земли, помогаете брату. Но при этом из-за вашей личины безумца на землях вулстратов, равно как и у ваших соседей, появились страх и мысли о том, что нужно держаться от вас и вашей семьи подальше. К тому же, я уверен, многие из тех, кто хочет устроить на ваших землях, как вы говорите, «темные угодья», идут на это только из-за того, что Рудольф фон Гирш якобы не справляется со своим братом, а значит, и с землями. У всего есть обратные стороны, и как правитель вы должны проанализировать и выбрать лучший вариант. Теперь, когда у вас нет давления отца, который и вбил, вероятно, вам в голову мысль «правит только один», вы можете сами руководить своей судьбой. Скажите, если я неправ.
– Ты абсолютно прав, – согласился Хиро. Жрица тоже удовлетворенно кивнула.
Рыжий вулстрат опустил голову в размышлениях. По его лицу было ясно, насколько сильный удар ему нанесли. Он продолжал молчать, и остальные неловко стихли вместе с ним, ожидая ответа или хотя бы маломальской реакции.
