Место главы ему пророчили с детства. Когда отец сказал, что его младший брат намного лучше него, сердце молодого Рудольфа разбилось вдребезги. Он вспомнил ту грешную мысль, когда на некоторое время возненавидел Вольфганга, но случай с каретой усмирил его гнев и надоумил, что главное для него – семья, а не должность. Он готов был отдать брату место главы, готов был смириться с этим, но, когда тот проснулся дурачком, все вернулось на круги своя.
Все эти годы Рудольф корил себя за те мысли, за ту ненависть к брату. Он считал, что виноват в произошедшем.
Когда Вольфганг встал на ноги, несмотря на изменения в нем, вулстрат понадеялся, что теперь между ними все станет как прежде. Что они продолжат быть семьей, что матушка будет заботиться о младшем сыне, невзирая на его травму.
Однако их мать умерла, когда брату едва исполнилось пять, и это нанесло ему непоправимую психологическую травму. Конечно, на тот момент его сложно было назвать маленьким, ему было двадцать лет по меркам людей. Однако психологически он все еще оставался ребенком в этом огромном поместье. С момента как Вольфганг стал дурачком, отец поставил на нем крест, игнорировал и не считал своим сыном. Рудольфу это не нравилось. Он начал заниматься воспитанием брата самостоятельно. Однако отец, узнав об этом, очень сильно наказал его горящим ремнем, отхлестав по рукам и спине.
«Править может только один. Второй станет ему обузой, от которой придется избавиться. Если не хочешь его смерти – не смей помогать ему восстанавливаться».
Так Ахлф напоминал старшему сыну каждый раз, когда тот делал какие-либо шаги в сторону брата, и в итоге запер младшего в поместье между Вульфендорфом и Хауаштадтом, подальше от чужих глаз. Хотя и это не остановило Рудольфа: когда у него получалось остаться незамеченным, он торопился к Вольфгангу, чтобы навестить его, провести с ним время; на каждый праздник Зеленых шляп он тайно привозил брата в Вульфендорф и отдавал на попечение местных, чтобы те позаботились о нем, пока сам Рудольф вел себя как послушный сын перед отцом и всюду сопровождал его.
На самом деле в то время их отец уже начал меняться. Рудольф это отлично помнил: тот сделался мнительным, подозревал любую муху в предательстве и измене. Сначала будущему главе казалось, что именно душевная болезнь стала причиной тому, что отец был против их с братом сближения.
Однако позже, через семь лет, когда Ахлф уже слег и Рудольф взял власть в свои руки, он узнал страшную правду. Оказалось, что братья-вулстраты сражались между собой за власть на протяжении всей истории их народа. Несмотря на единокровность, они шли в бой; лишь сильнейший выживал в этом кровавом месиве. Точно так же отец Рудольфа когда-то убил троих своих братьев, оставив в живых лишь сестер и их детей, среди которых был Ральф.
Он также узнал, что Вольфганг не должен был рождаться: он оказался ошибкой, совершенной отцом и матерью в порыве страсти, однако, несмотря на это, матушка продолжала любить младшего и надеялась, что сыновья не повторят судьбы своего отца.
Рудольф был опечален. Тогда он понял, что изначально его любовь к брату тоже была ошибкой. Их родили, чтобы выбрать между ними сильнейшего, кто унаследует все, а второй, слабый, должен был умереть.
Именно поэтому Ахлф сослал Вольфганга после смерти жены – чтобы не допустить повторения судьбы своих братьев. Рудольф считал, что отец ненавидел младшего сына, но на деле он хотел спасти его.
Поняв это, новоиспеченный исполняющий обязанности главы решил изменить порядки. Он вернул брата к себе, под свою опеку, но так и не рассказал отцу об этом до момента, пока тот не испустил дух.
Несмотря на изменения в брате, который неизвестно когда помешался на ногтях и красоте волос, Рудольф продолжал заботиться о нем, хотя и частенько проявлял строгость; он продолжал любить его, ведь Вольфганг был последним самым близким родственником.
Все было хорошо ровно до момента, пока отец не умер.
Тогда началось пекло, которого он так хотел избежать.
Рудольф надеялся, что со смертью отца мысль «править может только один», которую ему вбивали в голову многие годы, исчезнет. Однако он забыл, что отец и Вольфганг не были его единственными родственниками.
Семья фон Гирш была огромна. У тетушек Рудольфа родилось по меньшей мере семь сыновей и дочерей – его кузенов и кузин.
А кроме них были и все жители, знавшие об истории правящей семьи.
И всем им тоже вбили в головы, что править будет только один, а второй должен умереть.
Прежде чем он понял масштабы бедствия, новость о выборе нового главы после смерти предыдущего разлетелась по землям, и между вулстратами началась междоусобица.
Он думал, что провалился. Он думал, что ему не стоило возвращать брата назад, домой, – это было ошибкой.
Однако тот спокойно подошел к нему, положил руку на плечо и весело улыбнулся: «Брат, я знаю, что нам делать».
