Брови Ульяны уползли вверх, а я облокотилась на кулак руки, опершейся локтем на стол, и хмуро посмотрела на нежданных визитерш – ничего в них не изменилось с нашей первой и последней встречи, разве что блеска на губах прибавилось. Вероятно они – губы – скоро обвиснут под его весом.
– Я, – без особого энтузиазма, а тем более желания отвечаю ей.
– Точно? – скептически интересуется другая. Надо видеть ее разочарование, кислой лужицей стекающее по лицу. Так и вижу в ее мозгу застывший вопрос: «Где Анджелина Джоли? Где Моника Белуччи? Где Одри Хепберн?». Где та, что хотя бы будет соответствовать такому парню, как Марат Северский? Где она, сумевшая сразить такую красотку, как Тихомирова? Где? Вопрос, уже давно замусоленный и имеющий бороду, потому что так смотрели буквально все заинтересованные в вышеупомянутых личностях студенты.
– Тебе свидетельство о рождении показать, или на слово поверишь?
Обдумала, и решила, видимо, обойтись без доказательств.
– Я же говорила, что она на фотке просто удачно вышла! – фыркает первая и поправляет идеальную прическу рукой с идеальным маникюром.
– Но почему он выбрал именно
– Дура, плевать он на нее хотел! – уверено отвечает ей подруга. – Я сама видела, как Марат ее игнорирует, когда они встречаются! Эта мышь просто прилипла к Северскому, а потом решила привлечь к себе внимание общественности – и фотки небось в программке наделала сама, и подпись для пущего эффекта нарисовала!
– Думаешь? – тянет другая, видимо, сомневаясь в моих фотошопических способностях. Ее подруга фыркает.
– Еще бы! Ты посмотри на нее – на такую даже ботаники, и те не позарятся! А мы о
– А может она и правда, – ее голос приобрел настороженно-брезгливые интонации, – его своими
Видимо то, что
– Да чем там привлекать? – брезгливо прошлась по мне взглядом и сделала вывод ее подруга. – Одни кости торчат, груди нет, кожа бледная, ни макияжа нормального, ни маникюра, волосы как попало лежат, одежда невзрачная, безвкусная…
– А вы у нас, видимо, эстетки и ценительницы красоты, а также ходячие неземные иконы для подражания? Так что ли? – саркастично интересуется Ульяна, прерывая поток перечисления моих изъянов. Только дурак не услышит в ее голосе угрозы.
Теперь настала ее очередь подвергаться сканеру пренебрежительных взглядов. И, судя по всему, подруга тоже не прошла проверку системы блондинок.
– Ой, посмотри какая
Ульяна, не подготовленная к таким поворотам, а иначе говоря, сомнительным язвительным высказываниям, посмотрела на меня взглядом, в котором боролись удивление и смех, а еще желание засунуть стаканчик блондинке в рот, чтобы она больше никогда в жизни не произнесла в наш адрес ни одного непотребства.
– А я-то всё думала, откуда анекдоты про блондинок берутся? – с издевкой протянула она. – А оно вот – ходячее пособие! На тома два потянет, не меньше… Милочка, – тыкнула подруга в блондинку пальцем, от чего та возмущенно нахохлилась, – у тебя инстинкт самосохранения от природы отсутствует, или это ты по дурости решила, что здесь можно мимоходом нагадить и свалить, не получив при этом по мордасам? Зин, вот скажи, я похожа на существо безропотное и беззубое?
– Ага, как же, – фыркнула я.
– Вот! – довольным тоном потянула она. – Значит, кому-то засыпалось в глаза слишком много пудры, раз он не видит дальше своего длинного носа, с кем имеет дело!
– Сама ты с длинным носом! – обиделась блондинка.
– Зин! – окликнула Уля. Мы переглянулись. Да начнется игра, как говорится.
– Мозг размером с горошину, – начала я.
– Испорченные крашеные волосы, – весело парировала подруга.
– Отвратительные накладные ресницы.
– Утиные губки, как после поцелуя с пылесосом.
– Селфи в туалете или мир глазами блондинки.
– Тупое пускание слюней по сомнительным идолам!
– Сильно, – протянула я ладошку для хлопка. Ульяна с ухмылкой ударила ее, и мы дружно прыснули.
– Что... что вы делаете, придурочные? – в недоумении поинтересовалась одна из подруг.