— Как скажете, госпожа Вернер! — я улыбнулся ей на прощанье и исчез. Пускай мальчишка поразмышляет над тем, как это могло произойти. Пускай Луиза попробует объяснить своему сыну увиденное. Сейчас ее семейные проблемы меня мало волновали. Я перенес себя на островок на самом краю света, с прекрасным видом на падающую в облака стену воды на границе улья. Мне нужно было обдумать всё, что я собирался делать дальше. Может быть, они правы, и выхода отсюда нет. Но если даже я не найду выход, я устрою нейронету такое, что не приснилось бы ему и в самых страшных кошмарах, если бы искусственный интеллект был способен видеть сны!
— Не прячься. Я все равно знаю, что ты здесь.
От Даниэля Аллена остались одни тлеющие кости. Он уставился на меня пустыми глазницами и улыбнулся. Теперь он не мог не улыбаться.
— Я просто не хотел мешать тебе наслаждаться содеянным, враг мой. Сначала Джонатан, потом Лиза, теперь этот мальчишка. Я уже начинаю тебе завидовать, я ведь не успел убить ни одного реала.
«Даниэль Аллен. Статус: стерт администратором».
— Почему ты всё еще здесь? Ты был убит дважды, даже надпись над твоей головой говорит, что тебя нет!
Череп повернулся лицом вверх, словно пытался разглядеть надпись над своей головой, но успехом это не увенчалось.
— Ты тоже был убит, и даже статья в газете говорила, что тебя нет! Но, тем не менее, мы оба здесь! Видишь, насколько мы на самом деле похожи.
Меня снова наполнила ярость, мне захотелось одним направленным желанием превратить его в кучку пепла, как я это сделал с Эдиком. Но ярость быстро сменилась бессилием. По каким-то неведомым мне причинам я не мог навредить ему. Как можно стереть того, кто уже стерт? Как вообще возможно его существование?
— Кто ты такой? Почему ты меня преследуешь?
— Ты же администратор, разве ты не можешь узнать, кто я такой? У тебя для этого есть все права. И я не преследую тебя. Ты не от меня пытаешься убежать, а от самого себя. А я — просто твое маленькое персональное привидение.
Даниэль громко рассмеялся, широко открыв рот, из которого тут же выпало несколько зубов. С каждой нашей новой встречей он выглядел все хуже, скоро от него совсем ничего не останется. Может, после этого он перестанет являться мне? А ведь я испытываю всё меньше эмоций в его адрес.
— Даже если от меня останется только голос, я буду с тобой до самого конца! — сказал он. Словно в очередной раз прочитал мои мысли.
— Конца не будет, — сказал я. — В одном они были правы. Мы застряли здесь навсегда.
— А вот здесь я с тобой не соглашусь, враг мой. Есть у меня один способ отсюда выбраться, и тебе он понравится.
Еще один хитрый план? Сколько мы их уже проходили? Теперь и ты туда же!
— Не так давно ты защищал нейронет, а сейчас вдруг решил отсюда выбраться? Что же вдруг изменилось?
— Сначала я воплощал здесь свои фантазии, но ты убил меня и положил этому конец. Потом я решил стать твоим личным кошмаром, но ты уже перестал меня воспринимать, да и мне стало скучно в этой роли. И я подумал, не помочь ли мне старому врагу осуществить его мечту?
— Что-то не верится!
— Разве я хоть раз тебя обманывал, враг мой? Я — не твои друзья, которые заставили тебя делать за них всю грязную работу, а потом предали тебя при первой же возможности! К тому же я уверен, что когда твоя мечта сбудется, ты почувствуешь куда большую боль, чем я! А эта мысль согревает мне душу!
— И в чем же твой план?
Скелет описал круг в воздухе и приземлился на траву напротив меня. Странное зрелище — рассыпающийся мертвец на фоне зеленой поросли и цветов. Хотя, в мире, полностью состоящем из фантазий его жителей, вполне уместное.
— Как-то я уже предлагал его тебе, но ты отказался. Но сейчас, как я вижу, для тебя очень многое изменилось. У меня тоже было время подумать. Я долгое время размышлял над одним важным вопросом. Зачем искусственному сознанию нейронета нужно запирать здесь всё человечество? Признаюсь честно, предположений на этот счет у меня было много, но ни одно из них я не могу наверняка считать верным. Однако верно одно — все пленники нейронета зачем-то нужны их тюремщику. Для твоего врага очень важно, чтобы люди постоянно находились в иллюзорном мире, формируемом их воображением, и забыли о мире реальном. Разыскивать личность нейронета — пустое занятие. Искусственный интеллект будет менять личины, прятаться, ты никогда не сможешь его найти. Но мы знаем, что он по каким-то причинам заинтересован в сохранности текущего положения дел, а значит, можем заставить его показаться, если вмешаемся в это положение.
— Как с Хитрым Филом… — прошептал я. — Фил начал разрушать Улей Разнообразия, и сознание нейронета лично явилось, чтобы уничтожить его!
— Только вот Фил был самоуверенным безумцем, и поймать его на первой же ошибке было нетрудно даже для обладателя электронных мозгов. Но ты же больше не совершишь ошибок, правда, враг мой?
Что же мне предлагает этот маньяк? Разрушать субреальности одну за другой, пока мой враг не явится лично, чтобы остановить меня, и тем самым предоставит мне шанс его уничтожить!
