Что ты можешь дать тем, кому не нужен? Что делать, если ты ничего не можешь? Как доказать, что ты не ничтожество тем, кто в этом уверен? Возможно ли доказать? А надо ли? Ведь спрос с тех, кто нужен, всегда больше… От них всегда ожидают большего, на них возлагают надежды и верят в них. Но так ли важно, чтобы в тебя верили, надеялись, чтобы ожидали от тебя чего-то? Какой из этих путей проще?.. – А вот теперь, давай-ка поговорим… – мужчина недобро усмехнулся и посмотрел на закашлявшегося Кирилла. Тот неловко попытался хотя бы сесть, но только поскользнулся на влажной земле и опять упал, пропахав носом грязь. – Мне крайне интересно, почему же ты… – он сделал недолгую паузу и кашлянул, – перешёл на нашу сторону. – Я… – Заткни хлебальник. Я ещё не договорил, – воин явно не хотел давать договорить юноше. – Так вот, что ты можешь сделать для нас? Ты хорошо владеешь мечом?.. – Н-нет, – Кирилл, с опаской ответил, вжав голову в плечи и смотря на ещё шире ухмыльнувшегося мужчину. – Вот как… Ну, значит, ты ученик лекаря, раз торчал во время битвы в библиотеке, и знаешь как можно быстро зарастить раны?.. Или правильно срастить перелом хотя бы… Парень уже боялся что-то отвечать, только отрицательно помотал головой. Вроде бы в этом мире этот жест значил «нет» как и на Земле. – Ну, раз ты не лекарь и не воин, значит, ты наверняка сынок богатых родителей, которые, узнав, что их сын поддерживает нашу сторону, вывалят все свои денежки на наши нужды? Молчишь? Значит и не это… А что тогда? – он подался вперёд и чуть ли не нос к носу оказался с Кириллом. Тот глаза от страха прикрыл и дышал через раз. Не столько от страха, сколько от стойкого запаха пота и немытого тела. – Уж не самого Монарха ты родственник? Или ты настолько против его идей, что решил примкнуть к нам? У тебя талант ведения политической борьбы?.. – мужчина уже откровенно издевался. – Нет… я… я не из этого мира… – Что? Я не расслышал, что ты там мяукаешь! – создавалось стойкое впечатление, что это не воин, а какой-то лесной зверь, мудрый, повидавший многое, но от того ещё более лютый, словно обезумевший от голода. А тут вот, пожалуйста: свежее мясо, которое чуть-чуть трепыхается. Пока трепыхается… – Я из другого мира! – юноша набрался храбрости и даже глаза открыл. Впрочем, тут же зажмурился снова, не успев отшатнуться от пощёчины. На глаза тут же навернулись слёзы, а левая щека словно онемела. – Не ври, ничтожество. Что ты делал во дворце?! Вокруг них уже начали собираться люди: стражи, которые ушли со своих мест. Посмотреть на пленника было куда интереснее, чем без дела стоять около ворот и слушать хриплые вопли какой-то безумной пичуги. Несколько женщин тоже пришли посмотреть. Даже пара детей была: никто не хотел пропустить зрелища. Да и те вояки, которые привели Кирилла в лагерь, стояли рядышком и смотрели на всё это. Не без тени улыбки, даже злорадно. Видят, какое он ничтожество. Зря в живых оставили. От трупа было бы куда меньше проблем, а тут… Вопли, истерики и ровным счётом никакой пользы. То, что они немного промахнулись, потащив в лагерь этого мальчишку, все уже поняли. Но что сделано, то сделано: раз уж его привели, то надо выяснить, чем он может быть полезен. Убить всегда успеют – не велика наука. – Ничего! – Бояться-то этот мальчишка боялся, но обида была куда сильнее, придала сил и дерзости. За последнее, впрочем, ему пришлось тут же поплатиться. Его били сильно, но не так, чтобы убить, нет. Скорее, чтобы сделать как можно больнее. Живот, солнечное сплетение, рёбра, спина, ключицы… А сапоги у мужчины были хоть и кожаные, но с металлическими кепками, идущими по ободу подошвы. Кирилл не сопротивлялся. Да и что он мог сделать? Кричать? Ну и что дальше? Он только связки сорвёт. Тут явно никто к нему на помощь не придёт. Не в том он положении. Над ним скорее посмеются, а то и начнут избивать всей гурьбой. Попытаться уйти от ударов? Это нереально, когда руки связаны за спиной, а сам ты валяешься на скользкой земле, не в силах вдохнуть после удара под дых. – Как ты смеешь говорить, что из другого мира, мразь?! Ты не только предатель, но ещё и лгун!!! – воин уже не сдерживал себя и пинал Кирилла ногами, особо не заботясь, куда придётся следующий удар. То, что мальчишка уже даже не всхлипывал, его заботило мало. – Мист! Остановись, ты его убьёшь! – один из стражей, которые с алчными улыбочками наблюдали за всем этим действом, всё же решил остановить почти обезумевшего мужчину. – Остановиться?! Ты говоришь мне остановиться?!! – он пнул парня ещё раз, но таки остановился, переводя озлобленный взгляд на того, кто посмел ему помешать. – Но откуда мы знаем, вдруг он будет нам нужен в дальнейшем?.. – Он?! Нужен?!! Ты не смеши меня! Это падаль. Из-за таких же вот предателей погиб мой единственный сын! – Но не из-за этого мальчишки! Остынь!!! – Тебя не спросил! – воин уже готов был броситься с кулаками и на миротворца, но его схватили за плечи двое соратников, не давая этого сделать. – Мист, зачем тогда его вообще сюда притащили? Порешили бы в лесу, зачем здесь-то? – Не думаю, что он заслуживает смерти. – Возможно…
