На лезвии любви полностью

– Нет, Эрни. Это честно. А вот это… – Ректор в два шага сократил расстояние между нами, взмахнул кистями и что-то накинул мне на шею. – А вот это нечестно. И, заметь, я это признаю.

Я опустила взгляд и увидела то самое кольцо, что было дано мне вместе с предложением выйти за Дарена замуж. Оно оказалось надето на тонкую длинную цепочку, мерцающую от влитой магии. Еще один артефакт.

– Что это? – потухшим голосом спросила я.

– Это, Эрни, последний шанс. И нет, не для нас. Я не маленький мальчик, чтобы верить в то, что подобные жесты с моей стороны наладят наши и без того непростые отношения. Это шанс на получение совершенно бескорыстной защиты. Это кольцо не обязывает тебя падать в мои объятия, лишь защитит в сложной ситуации и уведомит меня, когда тебе будет угрожать серьезная опасность. У Неррсов тоже есть особая родовая магия.

В горле встал комок, мешающий хоть что-то сказать. Поблагодарить, возмутиться… Нет, я просто опустила взгляд, не в силах издать ни звука.

– Я больше никогда в жизни не хочу видеть, как к твоей шее приставляют кинжал. Не хочу держать умирающую тебя на руках, не в силах предпринять хоть что-то. Я всего лишь мечтаю, чтобы ты поскорее разобралась в той ситуации, в которой оказалась, и чтобы у тебя была защита. И в очередной раз не задаю никаких вопросов. Но лишь в надежде, что ты придешь и расскажешь все без давления, по собственному желанию. Думается, это я заслужил. Как и то, что ты можешь мне доверять даже самые страшные тайны.

От произнесенных Дареном слов стало совсем тяжело. Захотелось как-то оправдаться, объясниться, но вместо этого я продолжала молча гипнотизировать взглядом пол, пока ректор не решил прекратить эту пытку.

– Поговорим, когда будешь готова, – со вздохом произнес Дарен и активировал артефакт телепортации.

Я оказалась в комнате. Басик протяжно мяукнул, потянулся и подошел ближе, выпрашивая ласку. От этой внезапной нежности меня и прорвало.

Басик! Монстр из семейства кошачьих, жертва ошибки зельевара! Он еще ни разу не выпрашивал нежности, относился к любой ласке как к чему-то обыденному, иногда даже всячески отнекивался. И теперь… мягко и осторожно касался мордой моей ноги, настойчиво привлекая внимание.

И стоило мне тронуть его теплую чешую, как комнату тут же наполнило утробное мурчание. Кот подался вперед, чтобы поставить передние лапы мне на ноги, и принялся вылизывать мое лицо шершавым, даже колючим языком.

По щекам текли слезы, внутренности словно сжимались и разжимались.

Может, я как Басик? Изо всех сил пытаюсь делать вид, что сильная, независимая и в состоянии нотрар зубами прогрызть, а на деле мне всего лишь нужна защита и забота? Но почему в таком случае я поступаю с Дареном подобным образом? Почему обманываю его, не в силах рассказать все как есть? Играю в какие-то игры, правила которых так и не удосужилась узнать до конца. Ну не глупо ли? Брать на себя ответственность, садиться за карточный стол, не зная, какая масть козырная?

Глу-по.

Дверь скрипнула. Нира застала нас с Басиком почти что в обнимку. Только он мурчал, а я беззвучно рыдала. Подруга мгновенно юркнула в комнату, бросив тому, кто остался по ту сторону:

– Потом поговорим.

Щелкнула ключом.

– Не думала, что ты окажешься в комнате раньше меня, – неуверенно произнесла Нира, не решаясь подойти ближе.

Мое поведение ее явно смущало, она не знала, что со всем этим делать. Неловко переминалась с ноги на ногу. И наконец выдала:

– Как ты думаешь, дважды за день мы нагоняй от Неррса не получим?

– М? – Я шмыгнула носом.

Впервые за всю жизнь я не стеснялась проявленной слабости. Даже попытки успокоиться не предприняла. То ли потому, что рядом оказалась Нира, то ли я начинала взрослеть.

Говорят, сильные не плачут. Умудряются прожить свою боль в одиночестве, в подушку. Когда-то я думала так же. Когда-то, но не теперь. Сейчас мне хотелось верить, что для проявления любых честных и искренних эмоций нужна куда большая сила, чем для сдерживания.

– Может, сегодня мы и правда где-то ошиблись? – Нира сделала два шага к моему столу. – Вот только это ничуть не отменяет того, что день у нас был совсем не сахар, а посылы при этом абсолютно бескорыстные. А еще мне следует обработать ссадины.

Она взяла со стола бутылку. Ту самую, которую презентовал мне ее отец. Неловко махнула ею в воздухе, беззвучно интересуясь, как я отнесусь к такому предложению.

Еще вчера я бы отказалась. Но сегодня… кивнула. И пальцами стерла мокрые дорожки слез. Да, решение глупое. Да, если нас поймают за распитием спиртных напитков на территории академии, будет еще один выговор. Но, как по мне, уж лучше выговор за то, что совершаешь совершенно нормальные для возраста и положения ошибки, чем за то, что хотел как лучше, пытался по-взрослому, а получилось как всегда.

– Так вот почему ты Ричарда игнорируешь! – пораженно выдохнула Нира через час.