Уже давно за полночь, а мы с Максимом, утомленные и удовлетворенные долгими занятиями любовью, сидим на кухне. Я заварила свежий чай, а он готовит нам аппетитные сэндвичи, ловко нарезая ломтики курицы, сыр и помидоры.
Не прилагая абсолютно никаких усилий, с голым торсом, растрепанными волосами и парой царапин на груди, оставленных моими ногтями, он выглядит невероятно мужественно и сексуально, так что я позволяю себе полюбоваться им.
– Нет, – уголки чувственных губ приподнимаются в ленивой улыбке, когда он ловит на себе мой взгляд. – Я ударно поработал и смог раскидать основные дела по заместителям. Останусь в Москве до конца недели. У меня день рождения в субботу.
– Правда? – я досадливо морщусь, думая о том, как много мне еще предстоит узнать о собственном муже. – Планируешь что-то особенное?
– Будет небольшая вечеринка в одном из ресторанов Алекса, – Максим передает мне тарелку с готовыми бутербродами и усаживается напротив. – Познакомишься с моими друзьями.
Ощущая одновременно смущение и воодушевление, я с аппетитом кусаю бутерброд. И тут вдруг вспоминаю то, о чем никак не должна была забывать!
– Суббота – это же второе октября? – спрашиваю я, ощущая глухие толчки сердца.
Максим кивает и внимательно разглядывает мое взволнованное лицо.
– Другие планы на этот вечер? – интересуется он проницательно.
– Нет. Просто это еще… – я запинаюсь, мой голос предательски дрожит. – Это день рождения мамы.
То, что мама и Максим родились в один день, совсем меня не удивляет – в чем-то они даже похожи. Своей заботой о других людях, честностью, самоуверенностью, которая у мамы сошла на нет после нескольких неудачных попыток забеременеть вторым ребенком.
Мне не удается сдержать печальный вздох, который не ускользает от внимания Максима.
– Если тебе будет некомфортно в этот день, можем все отменить или перенести, – мягко предлагает он. – Это не проблема.
Нужно рассказать ему… Рассказать про маму и ее состояние, но слова застревают у меня в горле. О том, что мама в клинике, знают лишь несколько человек, среди которых семья Кости и Варя. Отец так долго скрывал от всех нашу трагедию, не желая вмешательства прессы в нашу жизнь, что я тоже невольно стала следовать его примеру. Несмотря на то что мы не делали никаких официальных заявлений, многие стали считать, что мама погибла в той автокатастрофе, а мы никого не разубеждали. Да и не хотелось мне лишний раз говорить о маме с чужими людьми, но Максим ведь больше мне не чужой…
– Отменим? – тихий спокойный голос заставляет меня вынырнуть из потока печальных мыслей.
– Нет, что ты! – я отрицательно мотаю головой. – Это твой праздник. И я с радостью разделю его с тобой.
– С радостью? – беззлобно подшучивает он в попытке разрядить обстановку. – А говорила, что я тебе противен.
– Ты тоже много чего говорил, – огрызаюсь смущенно.
– Может, и говорил, – соглашается Максим. – Но никогда не скрывал, что ты мне нравишься. Тот твой наряд из машины мне до сих пор в эротических снах видится.
Я густо краснею и, чтобы занять руки, беру кружку и делаю глоток чая, обжигающий мне язык.
– Я тогда со съемки ехала, – говорю в свое оправдание, со стыдом вспоминая короткую клетчатую юбку и рубашку с глубоким вырезом. – Сама бы я так никогда не оделась.
– А мне, ты знаешь, очень зашло, – глаза Максима насмешливо смотрят на меня поверх чашки. – Хорошо, что та съемка у тебя случилась до нашего знакомства. Сейчас подобный вид не вызвал бы у меня такого энтузиазма. Разве что ты оделась бы так дома, чтобы порадовать меня после работы.
– Извращенец! – бросаю я.
– Нормальный мужик, – парирует он с широкой улыбкой.
– Я, кстати, решила, что моей модельной карьере пришло время положить конец.
– Правда? – Максим в удивлении вскидывает брови. – Не подумай, что меня это не устраивает, наоборот, но позволь спросить, почему ты приняла такое решение? Помнится, ты говорила, что у этой работы есть свои плюсы.
От нервозности я начинаю неловко ерзать на стуле. Настоящую причину, подтолкнувшую меня к этому давно назревающему решению, я озвучить, конечно, не смогу. Есть у меня предчувствие, что Максим придет в ярость, если узнает про мою съемку с Костей.
– Поняла, что время пришло, – говорю максимально правдиво. – Хочу в этом году сосредоточиться на учебе, а получу диплом – буду искать работу по специальности.
– Напомни мне, на кого ты учишься? Что-то связанное с международными отношениями? – Максим трет переносицу, словно пытается что-то вспомнить.
– Нет. Я поступала в МГИМО, отучилась год и потом перевелась, – признаюсь я. – Это было не для меня. Отец был в ярости, когда я перевелась в педагогический.
– Педагогический? – он с удивлением смотрит на меня. – Считаешь это своим призванием?
– По крайней мере, это мне интересно.
– Нетипичный выбор для девушки твоего круга. Почему ты выбрала эту профессию?
Я рассеянно пожимаю плечами.
