На огненной черте полностью

Т и м о ф е е в. Солдат… Он и так по уставу перед всеми в ответе, солдат. Нам дано право его наказывать Значит, насколько же наша мера ответственности перед ним больше, чем его перед нами? Иначе на чем же будет держаться справедливость?

Л у к ь я н о в. Да. И чем выше наше звание, тем больше наша ответственность. Поэтому ради моей высокой ответственности и еще более высокой ответственности командующего перед всеми остальными нашими солдатами он будет наказан. (Уходит.)

З а т е м н е н и е.

Кабинет полковника Лукьянова. П о л к о в н и к  сидит за столом. Пишет. В открытое окно несутся звуки городской жизни — шум проходящих машин, голоса солдат, смех. Где-то играют на аккордеоне. Лукьянов подходит к окну. На площадь, видимо, выехала полковая кухня. Слышен голос повара.

П о в а р (за окном). Прошу по порядочку, граждане немцы. Орднунг. Орднунг. (Заметил Лукьянова.) Товарищ полковник, разрешите начать раздачу продовольствия гражданскому населению.

Лукьянов кивнул.

Есть!! Веселей, веселей, граждане немцы. Ребятишек, киндеров, вперед пропустите. Вот так. Порядочек.

Лукьянов закрывает окно, идет к столу. В дверь стучат.

Л у к ь я н о в. Да.

Входит  с т а р ш и н а  К у з о в к о в.

К у з о в к о в. Товарищ полковник, разрешите обратиться?

Л у к ь я н о в. Обращайтесь.

К у з о в к о в (нерешительно). Я насчет сержанта Бородина, товарищ полковник. (Замолчал.)

Л у к ь я н о в. Что же насчет сержанта Бородина?

К у з о в к о в. Было бы мне не пускать его в увольнение.

Л у к ь я н о в. Теперь об этом поздно.

К у з о в к о в (вздохнув). Разрешите начистоту, товарищ полковник.

Л у к ь я н о в. Да.

К у з о в к о в. Кого солдаты больше всех ругают? Старшину. Почему? Потому что старшина то, старшина се. Обратно же анекдоты про старшину рассказывают.

Л у к ь я н о в. Про полковников тоже рассказывают.

К у з о в к о в. Я не про то. Вы не обижайтесь, но полковник что?.. Далеко полковник. А старшина солдату первое начальство. Вот и выходит, что я больше всех в ответе за Бородина. Недоглядел. Так что он свое на губе отсидит, как положено, а уже по всей строгости с меня спросите. Со старого дурака.

Л у к ь я н о в (помолчав). Не торопитесь, Иван Михайлович, за сержанта Бородина с нас всех спросят.

К у з о в к о в (вздохнув). Да уж… Раз определили ЧП — понятно… Разрешите еще, товарищ полковник? Сержанта Бородина вы под арест посадили. Так что он свое получил. По уставу за одну вину дважды не наказывают. Так?

Л у к ь я н о в. Так.

К у з о в к о в (обрадованно). Вот и ладно Ну а по следствию обратно же виноватый должен быть в наличии. (Встал смирно.) Вот он я. Я и есть виноватый. Недоглядел за Бородиным, не довел до него последний приказ. Судите. Заслужил.

Л у к ь я н о в (после долгого молчания). У вас все?

К у з о в к о в. Все, товарищ полковник.

Л у к ь я н о в. Можете идти, товарищ старшина. И больше не говорите об этом.

Старшина стоит неподвижно.

Идите.

Старшина стоит.

Ну!

К у з о в к о в (вздохнув). Есть. (Четко повернувшись, выходит строевым шагом.)

Лукьянов один. Входит  м л а д ш и й  с е р ж а н т  Н и н о ч к а.

Н и н о ч к а. Разрешите обратиться, товарищ полковник?

Л у к ь я н о в (раздраженно). Опять любовь?

Н и н о ч к а (с вызовом). Да. Может быть.

Л у к ь я н о в. Я уже вам сказал.

Н и н о ч к а. Извините, товарищ полковник. Но в данном случае речь идет не о моей любви.

Л у к ь я н о в. Не понимаю.

Н и н о ч к а. Я вас прошу принять и выслушать девушку, немку…

Л у к ь я н о в. Немку?

Н и н о ч к а. Да, ту самую, из-за которой сержант Бородин опоздал в часть.

Л у к ь я н о в (помолчав). Где вы ее нашли.

Н и н о ч к а. Нигде. Она сама пришла к комендатуре. Долго бродила. Не решалась ни кому обратиться. Потом увидела меня. Знаете, женщина женщину скорее поймет.

Л у к ь я н о в. Мне нечего ей сказать.

Н и н о ч к а. Вы должны ее принять, товарищ полковник!

Л у к ь я н о в. Должен?.. Ого!.. (Хмурится.) Товарищ младший сержант. Я не умею наказывать женщин, потому что считаю, что женщины не должны служить в армии. Но скажите — вас в детстве хотя бы наказывали?

Н и н о ч к а. Нет, товарищ полковник. Меня воспитывали по-другому.

Л у к ь я н о в (засопел). Хорошо. Пусть войдет.