– Дорогой, ты сейчас, конечно, сделал мне комплимент, – улыбнулась грустно Джанна, – я такая старая, что уже сама бабушка. А моя бабушка давно умерла. Но мама сохранила вот это – Джанна протянула мне отороченный кружевом белый носовой платок и брошь. – Это подарок от матушки вашего, как вы говорите, хозяина. Стефы. Бабушка сохранила. Такие выдавались всем подружкам невесты.
– И вы опять только сейчас это показываете? Когда уже уйти собрались? Почему не сразу? – я все же повысил голос от возмущения.
– Саул, мне тоже иногда хочется интриги, – пожала плечами Джанна, – видел бы ты себя сейчас! Приятно посмотреть. Глаза горят, руками размахиваешь. А когда я пришла, ты был похож на… Не знаю на кого. Такой грустный и отчаявшийся. Мальчишки – вам всегда нужны подвиги и победы. Вы можете или грустить, или радоваться. Почему нельзя просто пожить хотя бы день спокойно? Зачем эти качели туда-сюда? Мой муж был таким – или хохотал, или рыдал. И к чему это привело?
– К чему? – уточнил я, хотя уже знал ответ.
– К тому, что я уже десять лет как вдова. И мой муж не увидел своего внука, – ответила Джанна. – Так что умоляю, перестань ходить с тем лицом, которое у тебя было, и начни ходить со счастливым. И своим мальчишкам расскажи про мою бабушку. Думаю, им понравится.
– Подождите! А вы, случайно, не знаете, где проходило венчание? Здесь? В городе? – спросил я.
– Нет конечно! Когда нужно что-то сделать тайно, все едут в ту церковь, куда тебя Лея возила. Раньше так было. А сейчас – там просто очень красиво, удивительные виды. Падре новый, молодой, но мне он нравится. Меня тоже крестили в той церкви.
– Вы что, были незаконнорожденной? – спросил я, не успев прикусить язык.
– Да, мама родила меня от мужчины, которого очень любила, – спокойно ответила Джанна. – Но его любовь оказалась не такой сильной, чтобы принять ребенка. Отец, как вы сейчас говорите – биологический, так и не женился на моей матери.
– Простите, мне очень жаль, – сказал я.
– Не стоит, – ответила Джанна. – Мама потом вышла замуж за очень хорошего человека, который стал мне родным отцом. Он меня удочерил, я ношу его фамилию.
– Да, конечно, – пробормотал я.
– Я думаю, матушка хозяина этой квартиры очень любила того человека. Всю жизнь. Возможно, у нее были обстоятельства, которые заставили ее все бросить и уехать. Жаль, что она так и не успела сюда вернуться, – сказала Джанна. – Не забудь убрать пирог в холодильник.
Не знаю, сколько времени я просидел на балконе, разглядывая коробки, платок и брошь, которые передала мне Джанна. Из ступора меня вывела Лея, появившаяся на балконе с куском пирога, который я все же забыл поставить в холодильник.
– Джанна велела подогреть, только не в микроволновке, – сказал я вместо приветствия.
– Никогда не любила пироги со шпинатом, – ответила Лея, заглатывая пирог, не жуя.
– Я остался без ужина, – улыбнулся я.
– Нет, не остался. Там в пакете – мясо от Жана и его же знаменитые бутерброды с ростбифом. Меня от одного запаха мутить начинает, – ответила Лея.
– Что-то случилось? – уточнил я.
– Случилось, конечно! Я не знаю, когда мне выйти замуж за Жана. До рождения ребенка или после? Я хочу после, когда уже перестанет мучить токсикоз. Хочу быть красивая, понимаешь? А не как сарделька, которые продает Жан. О, ты можешь себе представить, он и меня теперь называет сарделечка! Если я его убью, меня же оправдают? Почему он меня сравнивает с сарделькой? Неужели ничего лучшего в голову не приходит? Я на него обиделась, а он не понял почему. Господи, ну угораздило забеременеть именно от него! Где была моя голова? И почему это случилось сейчас? В общем, я хочу венчание после рождения ребенка, а Жан кричит, что надо сейчас и срочно. Мы едем к падре! – объявила Лея.
– Да, мне к нему тоже нужно, – ответил я.
– Только я первая! – объявила Лея. – А тебе зачем, кстати? Ты что-то узнал?
– Надо проверить информацию, – ответил я.
…Мы уже выходили – я на всякий случай забрал пакет от Жана, а Лея завернула остатки пирога Джанны, когда в квартиру ворвались Мустафа и Андрей.
– Это Воронов! Это точно он! – закричали они мне.
– Точно кто? – спросил я.
– Муж мамы нашего хозяина и отец хозяина, – ответил Андрей.
– Да, я это знаю, – пожал плечами я.
– Откуда? – Андрей был явно разочарован.
– Вообще-то он – Александр, Алекс Воронов, то есть Воронофф, – заметил я.
– Вы все знали и нам не сказали? – обиженно заметил Мустафа.
– Что не сказал? Фамилию хозяина квартиры? Или то, что он рожден в браке? Фамилию вы могли узнать у Леи, как и я, когда подписывал договор аренды, а про брак – очевидно. Наша загадочная героиня, как приличная гимназистка, все же должна была выйти замуж. Или ее должны были выдать родители. Даже Анна Каренина, напомню, была замужем. И сына родила в законном браке, – я пожал пле-чами.
– Вы нас обманули! – воскликнул Андрей.
