– Так ли это? – Я соскакиваю со стула. Мама, расширив глаза смотрит на меня. – Порой мне кажется, что я люблю его только потому, что ТЫ этого хочешь! А я всегда стремилась быть такой как ты, подражать тебе. Я всегда была твоей маленькой куклой, которую ты таскала по всем этим дурацким конкурсам! Теперь он делает это со мной! Лишает меня воздуха! Как делала это ты!
Мама отступает на шаг назад, охнув. Я никогда так с ней не говорила.
– Вспомни, – спокойно отвечает она. – Однажды ты получила свободу. И что из этого вышло? Ты помнишь? Это ли твоя свобода? Я хотела тебе только добра и только самого лучшего. Ты не все еще не понимаешь, что жизнь состоит из разных частей: плохих и хороших. Не нужно играть жертву только лишь потому что вы поссорились. Жить с кем-то, значит идти на компромиссы, ставить кого-то выше себя. Лекси, ты слишком драматизируешь.
Не желая больше слушать этот бред, я хватаю сумку и выскакиваю из кухни. Мама кричит мое имя, но я даже не оборачиваюсь.
Снова чужие слова залезли мне в голову.
Вернувшись домой, я совершенно опустошенная скидываю обувь, бросаю ключи на столик и включаю свет.
Грант сидит с бутылкой виски в кресле. Он босиком, в одних брюках и расстегнутой рубашке. Стеклянный взгляд направленный на меня говорит о том, что он пьян.
Мы долго смотрим друг на друга.
– Помнишь, как я сделал тебе предложение?
Присев на подголовник дивана, я киваю, не глядя на него. Я хорошо это помню, ведь тогда я была безумно влюблена и счастлива. Грант сделал это на крыше ресторана, в котором мы были одни. Играла живая музыка, он был красив и терпелив. Это было как в кино.
– Ты сказала «да».
Повернув голову, я буравлю его взглядом.
– Тогда я не знала, какой ты.
– Какой? – тусклым голосом переспрашивает Грант. – Ревнивый? Свирепый? Да, у меня сносит крышу, но, черт, Лекси. – Он качает головой. – Ты для меня целый мир. Ты – это все, что мне нужно. Я сделаю все, что от меня потребуется, чтобы ты была счастлива. Мы купим новый дом, заведем ребенка и, если захочешь собаку. Я не могу обещать, что стану паинькой, что не буду злиться. Мы будем ссориться, такова жизнь. Наши взгляды будут расходиться, но это нормально. Я хочу видеть тебя беременной моим ребенком, Лекси. Я не трону мать своих детей. Никогда. Прости, что так разозлился, прости что не поверил сразу и поддался эмоциям. Если хочешь знать, я врезал Джиму сегодня. Я все разузнал про его махинации и про все деньги, которые ты ему давала.
Встав, Грант ставит бутылку на кофейный столик и подходит ко мне.
– Никки очень стыдно. Я ненавижу их обоих за то, что они сделали с нами. Плевать на них, плевать на всех, Лекси. Ты и я. Только ты и я. – Наклонившись, он впивается в мои губы поцелуем. От него пахнет спиртным.
Должна ли я ему верить? Боже, почему я не могу принять решение?
Мы не видимся уже два дня. На мои звонки он отвечает, но говорит быстро, ссылаясь на занятость учебой и работой. Я не нахожу себе места. Неужели он вот так бросит меня?
Несмотря на свои мучения, я не навязываюсь. Так я его еще больше оттолкну.
Я вижу его, когда выхожу из учебного здания. Блейк опирается на свой грузовик и серьезно смотрит на меня.
– Ты свободна? – спрашивает он, когда я подхожу.
Спазм охватывает нижнюю часть моего тела. Наши предыдущие встречи выглядели совершенно иначе. Я не понимаю происходящего, ведь мы даже не ссорились.
Кивнув, я задаю встречный вопрос:
– Что случилось?
Блейк отталкивается спиной от машины и открывает дверцу с пассажирской стороны.
– Давай поговорим.
Мы едем в то место, куда он привозил меня в ночь нашего знакомства. День все еще продолжается, но солнце находится намного ниже. Я смотрю на освещенные желтоватыми лучами холмы, коттеджи и зеленые поля. Блейк стоит рядом, тоже глядя прямо перед собой.
– В детстве я представлял, что живу в одном из этих домов.
Выдохнув, я смотрю на него. Блейк смотрит в ответ.
– Не жалей меня, я не умирал от голода.
– Как ты мог подумать, что для меня это имеет значение?
Он отворачивается, затем делает несколько шагов по каменному склону, схватившись за голову.
– Лекси, когда я встретил тебя, я не рассчитывал на что-то большее, – признается он. – Я даже не думал, что… черт.
– Что? – Я подхожу к нему ближе.
– Не знаю. Не думал об отношениях. Когда я привез тебя в трейлерный парк… я обманул тебя. Брок – мой старший брат, а Трой – младший. Наш отец живет с нами, но он редко выходит из своей комнаты. Мама ушла, как только родила Троя.
У меня округляются глаза. Я беру его за руку, и Блейк сжимает мою ладонь, продолжая говорить:
– Моя жизнь самая обычная. Я получил стипендию в надежде, что смогу вытащить семью из этой дыры. У папы этого не вышло, у Брока тоже. Но есть еще я и Трой.
– Поэтому ты не живешь в общежитии?
Блейк кивает.
