Рози отвернулась, не говоря ни слова, а днем повела Мэри через жнивье на поляну с ежевикой. Увидев ягоды, Мэри отринула напускное изящество, набросилась на них и начала жадно поедать. Рози, видя, что никаких срочных обязанностей нет, присела на кочку и горько заплакала.
Внезапно сквозь рыдания до нее донесся голос, спрашивавший, что случилось. Она подняла глаза и увидела толстого, веселого крестьянина с хитрецой в глазах.
– Что такое, дочка? – спросил он. – Голодная?
– Нет, – ответила Рози. – Я сыта по горло.
– Чем же? – поинтересовался он.
– Свиньей! – всхлипнув, сказала она.
– Так зачем же убиваться и плакать? – заметил он. – Нет ничего лучше кусочка свинины. Ради него я всегда готов рискнуть несварением.
– Не свининой, а свиньей. Живой свиньей.
– Свинью потеряла? – спросил он.
– Хотелось бы, – ответила Рози. – Мне так плохо, прямо не знаю, что и делать.
– Расскажи-ка мне, что случилось, – попросил он. – В сочувствии беды нет.
Тут Рози рассказала про Фреда и про Мэри, и о своих мечтах, и чем все они обернулись, и о том, как она превратилась в рабыню этой наглой, избалованной и ревнивой хрюшки. В общем, рассказала все, кроме одного, о чем не могла откровенничать ни с кем, даже с самым участливым толстым крестьянином.
Крестьянин надвинул шляпу на лоб и, глубоко задумавшись, почесал в затылке.
– Да уж, – протянул он, – верится с трудом.
– Я правду сказала, – ответила Рози. – До последнего слова.
– Я вот о чем, – сказал крестьянин. – Молодой парень… молодая девушка… девушка спит под фургоном на соломе… да такая красавица, как ты. Притом законная жена и все такое. Не хочу нос свой совать, но у тебя, хозяйка, койки узкие или что еще?
– Он ничего не понимает, – всхлипнула Рози. – У него разумения как у младенца. А она не дает нам ни на минутку уединиться. Так что откуда ему узнать-то?
Крестьянин еще пуще почесал в затылке. Глядя на ее заплаканное лицо, он не решался усомниться в ее искренности. С другой стороны, казалось немыслимым, что свинья знает так много, а молодой человек – так мало. Но в тот самый момент из кустов показалась Мэри с самовлюбленным выражением рыльца, испачканного ежевичным соком.
– Это твоя свинья? – спросил крестьянин.
– Ну, – ответила Рози, – я ее только погулять вывела.
Сметливый крестьянин быстро заметил, какой взгляд несносная хрюшка метнула в сторону Рози при словах «твоя свинья». Этот взгляд и торопливое дистанцирование Рози убедили его, что услышанный им рассказ – чистая правда.
– Погулять вывела? – задумчиво переспросил он. – Так-так-так! Вот что я тебе скажу. Если придешь сюда в это же время завтра, то встретишь меня в компании моих дорогих юных друзей, очень похожих на нее. Она, может, и прогуляется с ними. Там две молоденьких свинки, красавицы писаные, хотя, пожалуй, и не такие хорошенькие, как эта. Три молодых хряка в расцвете красы и сил. Может, не пристало так говорить, но один из них, тот, что без подруги – сущий красавец, прямо принц. Нет его краше!
– Неужто вправду? – удивилась Рози.
– И по виду, и по породе – настоящий принц, – ответил крестьянин. – Вообще-то у них завтра день рождения, так что я поведу их в деревню праздновать. Но, должно быть, у твоей дамы есть другие планы.
– Примерно в это время ей нужно спать, – ответила Рози, не обращая внимания на сердитое хрюканье Мэри.
– Жаль, а то бы нам компанию составила, – сказал крестьянин. – Вот бы они повеселились! А какое угощение! Сладкие яблоки, пирожки, печенье и полное ведро мороженого. Все самое лучшее и от пуза. Я говорю – именно от пуза. А тот хрячок… ну, сама понимаешь. Если ей случится проходить мимо…
– Боюсь, что нет, – ответила Рози
– Жаль! – сказал крестьянин. – Так, ну, мне пора идти.
С этими словами он попрощался, учтиво приподняв шляпу, и Мэри долго смотрела ему вслед. Потом она с мрачным видом зашагала домой, сердито хрюкая по дороге.
На следующий день Мэри как будто не терпелось вытянуться на койке, и она, не требуя к себе обычного внимания со стороны Рози, закрыла глаза и заснула. Рози, воспользовавшись возможностью, взяла ведерко и пошла купить молока к ужину. Когда она вернулась, Фред все так же тренировался на обочине. Обойдя фургон, Рози обнаружила, что задняя дверь распахнута настежь, а койка Мэри пуста.
Она позвала Фреда. Они искали везде, где только можно. Обошли дороги, боясь, что ее могла сбить машина. Ходили по лесу и кричали, надеясь, что она уснула под деревом. Смотрели в прудах и канавах, за стогами сена, под мостами – везде. Рози вспомнила про шутливый разговор с крестьянином, но ей едва ли хотелось рассказывать о нем Фреду.
Они искали и звали Мэри всю ночь, лишь иногда останавливаясь передохнуть. Искали весь следующий день. Уже темнело, и Фред оставил все надежды. Они молча побрели обратно к фургону.
Фред присел на койку и уронил голову на руки.
