Несколько дней спустя после момента внезапного исчезновения его возлюбленной от королевы пришло письмо, в котором она в довольно резких выражениях требовала его принять более решительный образ действий по отношению к повстанцам.
Это письмо окончательно возмутило графа Эссекса. Он пробыл всего несколько месяцев в Ирландии и, понятно, еще не мог достигнуть каких-нибудь особых результатов. Письмо королевы показалось ему личным оскорблением, которое он не захотел оставить без ответа.
Он решил отправиться лично в Лондон, чтобы оправдаться от обвинений в бездействии, которые с несправедливостью бросала ему в лицо Елизавета.
Когда граф Эссекс появился во дворце, королева приняла его холодно, но не особенно строго.
– Вы прибыли, – сказала она, – передать мне лично отчет о положении дел в Ирландии; пожалуйста, говорите, что у вас есть.
Эссекс повиновался, и Елизавета ничем не выдавала своего гнева.
Сделав полный доклад о положении дел в Ирландии, граф тотчас же отправился к Валингэму, чтобы узнать, где находится его возлюбленная, и тот из расположения к графу сообщил ему, что она находится в Тауэре и ее обвиняют в оскорблении величества.
Когда граф Эссекс на другой день появился во дворце, королева не приняла его и через слугу приказала графу немедленно отправиться во дворец к лорду Берлею, где он и должен находиться, пока ей не будет угодно принять его вновь.
Таким образом Эссекс неожиданно для самого себя стал пленником.
В этом странном и неприятном заключении он провел несколько дней и наконец, по совету друзей, написал королеве письмо, в котором просил у нее прощения за свой необдуманный шаг и обещал впредь не давать ей повода сердиться на него. Елизавета приняла письмо, но вместо ответа приказала образовать комиссию, которая должна была рассмотреть дело графа.
Собравшаяся комиссия, обсудив все обстоятельства, признала графа виновным в непослушании и приговорила к заключению, пока его не постигнет милость королевы. Впрочем, эта милость не заставила себя ждать, Эссексу была возвращена свобода, но ему было приказано не покидать Лондона и своего дворца.
Елизавета, по-видимому, была довольна, что сломила гордость своего непокорного вассала, и надеялась опять приблизить его к себе.
Но граф, претерпев столько унижений, уже не помышлял примириться когда-нибудь с Елизаветой.
Первым его делом было написать письмо королю Иакову; он сообщил последнему обо всех тех поступках, которые совершила Елизавета с целью умертвить своего наследника, так как она ненавидела его. Кроме того, в этом письме Эссекс настаивал, чтобы Иаков объявил войну Англии, и обещал поддержку многих влиятельных людей. Отослав это письмо, граф стал обдумывать план спасения из Тауэра своей возлюбленной.
При помощи слуги ему удалось подкупить смотрителей тюрьмы, которым было вменено в обязанность наблюдать за заключенной. При их содействии леди Анна, как звали возлюбленную Эссекса, вновь получила свободу и тотчас же была отправлена во Францию.
Вскоре после отъезда пришел ответ от короля Иакова. Чрез своих лондонских агентов он успел собрать сведения, что война с Англией ему теперь невыгодна, и потому в письме Эссексу он советовал оставаться спокойным и до времени ничего не предпринимать.
Однако бездействие было совершенно не в характере Эссекса, и потому он с радостью ухватился за предложение своего приятеля Каррея, который предложил ему поднять знамя восстания на свой риск и страх. Оба, не теряя времени, приступили к осуществлению задуманного ими плана. Как могло нечто подобное зародиться в голове графа Эссекса – совершенно непонятно. Казалось бы, каждому было ясно все безумие этой затеи, но граф ничего не видел и не слышал. Он ревностно занимался вербовкой людей и покупкой оружия и наконец в одно прекрасное утро выехал из дома в сопровождении нескольких сот оборванцев и бродяг, которые за деньги согласились идти за ним.
Во главе этой жалкой банды граф Эссекс задумал произвести государственный переворот в Англии и свергнуть с престола ненавистную ему королеву Английскую.
Предводительствуя этой толпой, граф прямым путем направился к Сент-Джеймскому дворцу, предполагая белым днем захватить в плен королеву Елизавету. Остановившись пред дворцом, граф произнес зажигательную речь и решительно повел своих оборванцев на солдат, которые стояли пред дворцом, недоумевая, что должны они делать при виде этой наступающей банды.
Неизвестно, чем кончилось бы это, если бы в этот момент среди солдат не появился Дигс, который в то время занимал должность, исправляемую до него Кингстоном. Он подошел к стоявшему в нерешительности офицеру и проговорил:
– Сэр, прикажите солдатам атаковать бродяг, я же в это время арестую их предводителя…
По команде офицера солдаты взяли наперевес свои пики и решительно двинулись на толпу. В ту же минуту раздались крики, в рядах повстанцев произошло замешательство, а затем большинство их поспешно обратилось в самое постыдное бегство.
