— Нет, Селим, — с сожалением покачала она головой, — эта жизнь не для неё. Ей всегда будет не хватать того мира, к которому она привыкла.
— Может, ты и права, — тяжело вздохнув, согласился с ней Селим. — Но попытаться стоило.
— Тогда пора готовить её к охоте.
— А не рано? — засомневался Селим. — Она только вернулась. Пусть передохнёт. Попробуем завтра.
— Охота? — переспросила я Селима. — Зарина что-то говорила мне про охоту.
— Пора научить тебя добывать себе пищу.
— Ая не смогу есть обыкновенную еду?
— Сможешь, но не сейчас. Пока тебе нужна только кровь.
— Кровь? — внутри меня всё похолодело. — Вы что, всё это время поили меня кровью?
— Ну, не совсем кровью. Мы её разводили. И получался напиток. А сейчас нужно научиться её добывать.
От этих слов меня начало потряхивать.
— Селим, я не смогу убивать людей, — потупив взор, произнесла я.
— А кто тебе сказал, что нужно убивать людей? — удивился он. — Я же говорил тебе, мы не пьём человеческую кровь. Это кровь животных. Мы изначально поили тебя кровью буйволов. Твой организм требовал крови, и мы её тебе давали. Но мы его обхитрили.
— А вы все здесь такие?
— Здесь все. И Зарина такая. Но есть и другие. Они живут обособленно, кочуют с места на место и очень часто погибают. У них другая жизненная философия или её вообще нет. Живут, как живут. Мы с ними не общаемся. Но в помощи не откажем.
— Селим, я боюсь, — меня продолжало потряхивать.
— Все боятся. Но когда попробуют раз, второй, третий — начинают проявляться инстинкты, и всё получается. И у тебя получится, — успокоил он меня и снова ободряюще похлопал по руке.
На следующий день, когда солнце исчезло за горизонтом, но мир ещё не погрузился во тьму, Селим вывел меня на окраину посёлка.
— Мы что, пойдём на охоту пешком? — удивилась я.
— Нет, — рассмеялся Селим, — мы не пойдём, мы побежим. Ты очень быстро бегаешь. Это одно из проявлений твоей новой сущности.
И он побежал, а я за ним, даже не заметив, как это произошло. В ушах свистел ветер, не успевший остыть после жаркого дня. Мы передвигались так быстро, что я даже перестала обращать внимание на меняющиеся пейзажи. Вскоре стало совсем темно, но мы продолжили движение.
На небе сияли звёзды, мерцая как маяки. Им было всё равно, кто мы и куда бежим. Я тоже этого не знала, но полностью доверяла Селиму. Единственный вопрос, который я себе задавала, — когда же я начну уставать? Но усталость всё не приходила, и я успокоилась.
Более того, присмотревшись к бежавшему Селиму, я поняла, что наши движения чётко выверены и настолько быстры, что мы не заметны обычному взгляду человека. Я летела как ветер, и ни одна травинка не шелохнулась при моём движении.
Вскоре Селим замедлил бег и, остановившись, предостерегающе поднял руку. Вокруг нас стояла глубокая ночь, но она была совсем не тихой, как пишут в книгах. Тысячи звуков, запахов среди сияющих над головой звёзд. И возбуждающее чувство свободы и огромного пространства. Я глубоко вдохнула, и у меня тут же перехватило дыхание от ворвавшихся запахов. Селим молча стоял рядом, позволяя мне насладиться новыми ощущениями.
— Ты чувствуешь? — спросил он и указал рукой в сторону.
Я тут же повернула голову и принялась всматриваться в темноту. Наученная опытом, я потихоньку втянула в себя воздух. Запах был странным: чуть приторным и навязчивым. Но он пробудил во мне такое желание, что я готова была броситься на поиски его источника. В горле горело так, как будто туда насыпали перца. Я начала усиленно сглатывать слюну.
— За холмом стадо антилоп, — пояснил Селим. — У них своеобразный запах, его ни с чем не перепутаешь. Теперь главное — не торопиться. Определи направление ветра, иначе они учуют тебя и разбегутся в разные стороны. Тогда их будет трудно поймать. Смотри, что буду делать я, и повторяй.
Мы медленно, как мне казалось, двинулись в сторону манящего запаха. Селим периодически подавал мне знаки руками, но я его совсем не понимала. А когда увидела животных, то забыла обо всём, что он мне говорил.
Без лишних размышлений я врезалась в обезумевшее стадо, пытаясь схватить антилопу. Чувство близости добычи не давало мне сосредоточиться. Конечно же, я всех распугала и никого не поймала. Эту первую свою охоту я не забуду никогда. Было страшно и неприятно.
А вот Селим, как будто и не участвовал в этом безумии, но на земле возле него осталось лежать две антилопы. Одна ещё дышала, когда он подвел меня к ней и показал, где лучше прокусывать кожу.
У меня было такое чувство отвращения, что я никак не могла даже прикоснуться к животному. Тогда Селим первым сделал укус, и запах свежей крови тут же заставил меня забыть обо всём — я без размышлений припала к шее антилопы.
Вкус был странным и не очень противным. Через некоторое время я оторвалась от животного и утёрла рот. Селим, улыбаясь, смотрел на меня.
— Ну, у тебя и видок.
Я действительно выглядела отвратительно: платье порвано, волосы и руки перемазаны кровью.
— Но ничего, — поспешил он успокоить меня, — в первый раз у всех так. В следующий раз будет лучше.
И он оказался прав. На следующей охоте всё было совсем по-другому.
