Перед глазами возникла табличка с картинкой и надписью: «Осторожно, лоси». «Какая чушь, — подумала она. — Откуда тут лоси?»
Решив отвлечься, она достала из сумки журнал. Открыв страницу, она мгновенно бросила журнал себе под ноги. Жжение в горле усилилось и стало невыносимым.
— Что с тобой? — удивилась Стеф.
— Там… — хриплым голосом произнесла она и показала рукой на журнал.
Стеф остановила машину и подняла журнал. Полистав его, она вопросительно посмотрела на Николь.
— Осторожно, лоси, — произнесла та.
Стеф открыла страницу и стала внимательно ее разглядывать.
— И что? — не поняла она.
— Я увидела эту надпись раньше, чем открыла журнал, — тихо произнесла Николь. Стеф молча смотрела на неё, а потом спросила:
— А что-нибудь ещё видела?
Та согласно кивнула.
— Столбики с километрами.
— Отлично. Твоё умение видеть будущее развивается. Как я и предполагала.
Они продолжили движение. Вскоре Николь почувствовала, что жжение в горле усилилось, язык почти прилип к нёбу и губы пересохли.
— В кармашке за сиденьем томатный сок, — произнесла Стеф, не отрывая глаз от дороги.
Николь оторопела.
— Ты что, мысли мои читаешь?
— Успокойся, — невозмутимо произнесла Стеф. — Ничего я не читаю. Хотя было бы неплохо. Просто ты усиленно облизываешь губы и пытаешься глотать.
Николь облегчённо вздохнула. Достав пакет с соком, она быстро его осушила.
— Полегчало?
Николь кивнула и принялась нервно мять пакет в руках.
— У нас в клане есть люди с такими способностями, — предваряя ее вопрос, сказала Стеф. — И наверняка тебя с ними познакомят.
Остаток пути прошёл без происшествий. И когда солнце уже начало клониться к горизонту, они въехали во двор дома Николь.
На террасе перед домом их встречали Рената с Тони. Николь бросилась с ними обниматься.
— Всё в порядке? — был первый вопрос Ренаты.
— Да как сказать, — ухмыльнулась Стеф.
— Ты меня пугаешь, — забеспокоилась Рената. — Что случилось? — Девочка видит будущее всё лучше.
Рената тяжело вздохнула.
— Что ещё?
— Пока ничего, — пожала плечами Стеф.
— Пока? — в глазах Ренаты уже светилось не беспокойство, а паника. — Ты что, думаешь, будет ещё что-то?
— Не знаю, — покачала головой Стеф. — С ней всё возможно.
— Ладно, пойдёмте в дом. — Тони подхватил сумки. — Там и поговорим.
Стол уже был накрыт к ужину. Рената постаралась приготовить блюда, не очень будоражащие ощущения Николь, но та, как будто ничего и не замечала, поглощая мамины кулинарные произведения.
Рената со Стеф не переставали удивляться её выдержке.
— У меня всё в порядке, — поспешила успокоить их Николь. — Я практически ничего не чувствую. Еда мне не противна, горло беспокоит, но терпимо. И глаза… Они теперь всегда будут такого цвета?
— Не знаю, — пожала плечами Рената. — На всякий случай у меня всегда есть цветные линзы.
Остаток вечера прошёл очень душевно. Тони шутил, Рената поддерживала его шутки. Даже Стеф нет-нет, да и усмехалась, слушая его рассказы. Николь смотрела на всё происходящее и думала: «Вот так было бы всегда».
Когда за окном стемнело и на небе появились первые звёзды, Рената засуетилась.
— Давайте закругляться. У нас завтра очень хлопотный день.
Пожелав всем спокойной ночи, Николь поднялась на второй этаж, где под самой крышей была её комната. Потихоньку открыв дверь и переступив порог, она обвела взглядом своё жилище.
Ничего не изменилось со времени ее отъезда. Деревянная кровать, стоящая вдоль одной из скошенных стен, накрыта кофейно-белым покрывалом, расшитым белой вязью. В изголовье её любимая подушка, длинная и плоская. На окне импровизированные занавески из белых нитей с нанизанными кое-где прозрачными бусинами. И деревянный стул с подлокотниками, в котором она прочитала немало книг, укутавшись в плед.
На прикроватном столике стоял небольшой букет цветов в вазе, оплетённой золотистой проволокой.
«Мама», — улыбаясь, подумала Николь и пробежала пальцами по замысловатому узору. Рената обожала заниматься флористикой и не могла не воспользоваться возможностью продемонстрировать своё умение.
Разобрав сумку, она повесила свои вещи в гардероб, который они когда-то организовали вместе с мамой вдоль другой скошенной стены. Он был удачно замаскирован занавесом из плотной ткани, рисунок на который повторял узор на декоративных подушках и придавал интерьеру завершённость.
Лёжа в постели, Николь смотрела на проглядывающий сквозь шторы серпик луны. «Кто ты мне: союзница или противница? — задала она мысленно вопрос. И сама же ответила: — Время всё расставит на свои места». С этой мыслью она и уснула.
Утром в комнату Николь зашла Рената и принялась весело её тормошить, прогоняя остатки сна. Всё было как в старые добрые времена: утро в родном доме, мама в домашнем платье и неизменный ритуал расчёсывания волос.
— Ты стала совсем взрослой, — Рената медленно проводила щёткой по волосам Николь, стоя у неё за спиной. Та хотела соорудить себе какую-нибудь причёску, но потом, глядя на свои красивые волосы, которые струились по плечам и опускались по спине, передумала и решила оставить их распущенными.
