– Не приходилось, – Фредди распечатал пачку сигарет, взял себе и протянул пачку Дану.
Тот мотнул головой, вытаскивая из другого кармана трубку. Отказался и Роб, колдовавший над грогом.
– Тогда ты цветных не знаешь, – Дан усмехнулся. – Правда, Роб?
Роб молча кивнул.
– Какими были, такими и остались. Два года назад я тоже нанялся, – Дан рассказывал не спеша, со вкусом. – Стадо большое было, ну, и команда. Два надзирателя, пять рабов, и я старшим.
– Из надзирателя ковбой, как из дерьма пуля, – улыбнулся Роб.
– Кто спорит, – согласился Дан. – Я им по бутылке регулярно ставил, чтоб только не мешали. А черномазые толковые попались. Но что у цветных, Фред. Они на жратву падкие. Я кормёжку им сам выдавал, а то надзиратели так и норовили хоть на этом, да нажиться. Не хватало, на свои прикупал, чтоб парней ветром не шатало. И всё равно. Только отвернись, они уже чего-то стащили. Крупу сырьём заглатывали. Но, правда, и кормили их хозяева… – Дан витиевато охарактеризовал хозяев. – А сейчас, думал, по-другому пойдёт. Я как провизию закуплю, свой паёк отделяю, остальное сразу их старшему, сами себе выбрали, на руки. Вот вам, и делите, как хотите. И всё путём было. И тут смотрю вчера, голый кипяток хлещут. А кофе где, спрашиваю? Кончилось. Как кончилось? Пьём одинаково. Моего на неделю ещё хватит, а у них на две кружки осталось. Куда кофе дели? Выпить столько за день нельзя. Глаза во все стороны, одни белки видны, губами шлёпают, и хоть пори их, ни в чём не признаются. Сами у себя уворовали и куда дели, не помнят.
Роб разлил дымящийся грог по кружкам.
– Ну, поехали. У них памяти на это нет. Мои так с мукой ухитрились. Полмешка куда-то делось. И не пекли, вроде. То ли по ветру пустили, то ли сырьём сожрали, то ли… словом, они ещё не придумали, что мне соврать. Я им так и сказал. Придумаете, что соврать, скажете, а я пошёл.
– Поехали, – Фредди отхлебнул грога и крякнул. – Хорош. Здорово у тебя получается, Роб.
– Хорош, – согласился Дан.
Роб со скромной улыбкой принимал поздравления. С грогом заранее не угадаешь, сыплют на глазок.
– А твои как, Фред, не потаскивают? – небрежно спросил Дан.
– У самих-то себя, – ухмыльнулся Роб. – Смотрю, варева на троих, – он подмигнул Фредди, – маловато будет. А вы вроде одним котлом живёте. Или твои отделиться решили?
– Уели, – усмехнулся Фредди. – Оказалось, крупа на исходе. Но мне сказали, что моя доля заложена полностью.
– И что твой Певун тебе наврал? – лицо Роба расплывалось в предвкушении шутки.
– Индейцы не врут, – обстоятельно поправил его Дан. – У них для этого мозгов не хватает. Если индеец говорит, то говорит правду. Или молчит.
Фредди задумчиво кивнул.
– Значит, что получается…
– Получается, что они кормят кого-то, Фред, – Дан тщательно набил трубку и стал её раскуривать. – Кормят вскладчину.
– Значит их, ну, кого кормят, много, – с ходу подхватил Роб. – Раз они помногу собирают.
– Или это им собирают не на один день. Может, – Дан пожал плечами, – на дорогу?
– В побег? – Роб взял сигарету из пачки Фредди. – Зачем? Рабства нет, зачем бежать? Хренотень какая-то.
– Словом, Фред, – снова вступил Дан. – Ты у нас грамотный и не сволочь, – Роб заржал, и Фредди не выдержал, улыбнулся. – Может, сможешь выяснить, кого и зачем они кормят.
– Пока это не стали выяснять русские, – стал серьёзным Роб. – Тебе они могут сказать.
– А могут и не сказать, – Фредди улыбнулся. – Но я попытаюсь.
Дан и Роб кивнули.
Они пили грог и обсуждали достоинства и недостатки различных пород бычков и лошадей. Под лёгкий переливчатый свист прошли мимо них Джерри и русский офицер. Они приподняли в знак приветствия кружки, Джерри кивнул, а русский откозырял.
Допив грог, Дан и Роб ушли, каждый в свою сторону. По своим делам. И тут заявился Андрей. Взъерошенный, красный. Как только что из драки. Сердито сопя и не глядя на Фредди, вытащил муку, жир и завозился у костра. Фредди спокойно докурил сигарету, сложил кружки в котелок из-под грога и пошёл к «белому» колодцу ополоснуть посуду и принести свежей воды. Всё-таки Эркин неплохо придумал: чтоб всегда горячая вода была под рукой.
У колодца умывался южанин-лендлорд. Умывшись, он скинул рубашку и стал обтираться до пояса. Фредди спокойно курил, ожидая, и невольно улыбался. Он сразу, только поглядев на мощный, в рыжей буйной поросли торс южанина, вспомнил недоумённо-насмешливый вопрос Эркина: «И все белые такие мохнатые?». Наконец лендлорд освободил подход, и Фредди занялся посудой. Парни не пьют, считай, вовсе, и спиртной запах им не нужен. Крепко растираясь дорогим льняным полотенцем, лендлорд насмешливо смотрел на Фредди.
– Ковбой-судомойка, – наконец высказался он. – Редкое зрелище.
Фредди пожал плечами:
– Ковбою прислуга ни к чему.
– Вы белый, а это работа для цветных.
Фредди холодно улыбнулся:
– Ковбойская работа не имеет цвета, милорд, – обращение прозвучало насмешкой.
Фредди отложил вымытые кружки, ещё раз ополоснул котелок и набрал воды. Аккуратно закрыл крышку колодца, выпрямился, держа в одной руке полный котелок, а в другой чистые кружки и по-прежнему очень вежливо закончил:
