Рядом с входом в актовый зал толпились студенты–медики с рюкзаками и пакетами, из которых выглядывали толстенные книги и мятые халаты. Учащиеся тоже ждали окончания утреннего собрания, видимо, их пары должны были проходить в занятом сейчас врачами помещении.
Студенты взволнованно переговаривались, кто-то судорожно читал конспект, кто-то ел и ежесекундно смотрел в свой телефон.
Настя безразлично поглядывала на них, ей было не до их невзгод. Она крепко держала за руку маму. Ладонь Николетты Васильевны была незнакомо холодной и сухой. Беспокоивший ее уже несколько лет кашель в последние месяцы настолько усилился, что вынудил пройти томографию легких и бронхоскопию с биопсией. Сегодня мама с дочкой пришли узнать результаты и терпеливо ожидали, беспокоясь за будущее, что затаилось в бумагах на столе в кабинете доктора.
Когда впервые заходишь в онкодиспансер, всегда надеешься, что ты здесь – просто гость или попал сюда по ошибке, веришь в это и надеешься до последнего. Даже когда мыслями и сердцем давно знаешь, что находишься в нужном месте.
Онкологи видят много таких историй; они знают, как покидает надежда и как изобретательна бывает смерть.
Из открывшейся двери актового зала хлынул поток улыбок, шуток, сияющих счастьем глаз.
«Что такого им там рассказали?» – недоумевала Настя. – «Жизнь ужасна и жестока, и в каждую секунду может стать еще хуже. Чему они все радуются?»
По-видимому, они просто знали больше других, как ценна жизнь. Соседство со смертью стало для них лучшим учителем. Вчера мог уйти человек, за жизнь которого ты боролся несколько последних лет. А сегодня ты со свежим взглядом снова улыбаешься солнцу, радуешься новому дню и делишься этим с другими.
Наверное, в этом и есть смысл жизни – жить, не задумываясь о ее смысле. Делать, что радует, пока есть возможность: ведь только собственным временем мы можем распоряжаться в этом мире и только воспоминания о нем сможем забрать с собой в мир иной.
Наконец мать и дочь проследовали за доктором в ярко освещенный солнцем кабинет, и среди шуршания бумаг прозвучала фраза, к которой очередная несчастная семья заранее пыталась подготовиться целую бессонную ночь. Но произнесенные слова все равно показались настолько чужими, настолько неверными, что хотелось оттолкнуть их, отвернуться, сбежать.
Мать и дочь замкнулись в своих мыслях, пока врач рассказывал о перспективах.
– После операции нужно будет пройти курс химиотерапии, потом – курс реабилитации. Только тогда мы сможем оценить окончательно результаты наших с вами совместных трудов. Шанс невелик, но все же он есть.
Настя плакала бесшумно, глотая слезы, чтобы не тревожить сидящую рядом маму.
Николетта Васильевна сжала губы и смотрела на доктора, пытаясь выглядеть сосредоточенной и собранной, но того было невозможно обмануть: врач знал, что где-то внутри этой ухоженной женщины прямо сейчас рушатся такие реальные до сегодняшнего дня планы на счастливое будущее. Даже если они перестали быть выполнимыми еще до сегодняшнего дня, ведь она обманывала себя слишком долго.
Мать и дочь вышли из кабинета совершенно разбитые, снова без сил опустились на скамью в холле.
– Я схожу за водой, в горле пересохло, – пробормотала Настя. – Тебе что-нибудь взять?
Николетта Васильевна покачала головой.
Девушка прошла дальше по больничному коридору к киоску и на автомате заняла очередь. Порой она боязливо оглядывалась на маму, но та сидела с таким потерянным видом, что Настя с болью отворачивалась.
Все мы боимся увидеть родителей, которые всегда были нашим гарантом безопасности, слабыми и сломленными.
– Яблочный сок и сникерс, – бойко сказал стоявший перед ней молодой человек в халате. Голос смутно показался Насте знакомым.
– Сергей? – спросила она. Парень отвлекся от кошелька, удивленно обернулся.
– Настя!
Они обнялись, и пусть это объятие было формальным, оно вдохнуло в девушку жизнь.
– Ты какими судьбами здесь оказалась? – парень радостно разглядывал Настю.
– Я тут с мамой, – грустно кивнула в сторону скамьи девушка. Сергей посмотрел по направлению кивка и понял без слов. Дождался, пока Настя купит воду, и отвел ее в сторону.
– У нас здесь цикл онкологии, практика. Могу чем-нибудь помочь? Какое-нибудь обследование или консультация?
Девушка благодарно посмотрела на него.
– Мы уже были сегодня на приеме у заведующего консультативно-диагностическим отделением.
– О, у Владимира Олеговича? Классный специалист. Ему можно довериться. Не беспокойся, все будет хорошо, главное верить.
– Я очень этого хочу, – кивнула Настя.
– Значит, ты пока в городе? Извини, мне сейчас надо на пару бежать. Может, как-нибудь вечером встретимся? Сегодня?
– Пока никакого настроения, к сожалению. Давай на следующей неделе?
Настя вновь взглянула на маму. Та смотрела на них: казалось, в грусти ее глаз можно утонуть. Наскоро обменявшись номерами, молодые люди рассталась.