Всего через несколько дней после того, как Джонсон внезапно оказался в президентском кресле, он дал понять представителям космической индустрии, что Соединенные Штаты не откажутся от своего обязательства преследовать «в космосе мирные цели на благо всего человечества». Соединенным Штатам необходимо было предстать перед всем миром в роли борца за мир, чтобы помешать работе Советского Союза над спутниками-бомбардировщиками. Один из способов продемонстрировать свое миролюбие заключался в том, чтобы открыть прежние военно-космические программы для широкого гражданского использования. Двумя такими программами были «Транзит» – программа спутниковой навигации ВМФ и Nimbus – система спутников NASA, которые регистрировали и измеряли параметры облачного покрова, химического состава атмосферы, озонового слоя и морского льда. Другим способом выглядеть миролюбивыми было продолжение поддержки кооперативных научных предприятий, начавшихся еще в рамках Международного геофизического года и продолжавшихся при Кеннеди, – не программ высадки на Луне, которые Джонсон хотел оставить односторонними, а менее амбициозных, как, например, спутниковые исследования магнитного поля Земли, космической связи, и наконец, обсуждавшаяся советскими и американскими научными делегациями с декабря 1964-го по сентябрь 1966 года совместная гражданская космическая миссия. Третьим способом было прямо и демонстративно добиваться принятия ООН договора о контроле за вооружениями в космическом пространстве.
К этому моменту, как считает Мольц, политические лидеры «уже начали понимать, что космос стал иметь слишком большую ценность, чтобы использовать его в военных целях»[407]. В декабре 1963 года Генеральная Ассамблея ООН приняла Декларацию о принципах, утверждающую, что «исследование и использование космического пространства должны происходить во имя блага человечества и на пользу государств, независимо от степени их экономического или научного развития», и выражающую общее желание «вносить вклад в широкую международную кооперацию в научной сфере, а также в правовых аспектах изучения и использования космического пространства в мирных целях».
Время для полномасштабного договора наступило. Все необходимые предпосылки для него были созданы.
И вот днем 27 января 1967 года в Восточной комнате Белого дома государственный секретарь США Дин Раск, а за ним постоянный представитель США в ООН Артур Дж. Голдберг, постоянный представитель Великобритании в ООН сэр Патрик Дин и, наконец, постоянный представитель Советского Союза в ООН Анатолий Добрынин поставили свои подписи под «Договором о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела». Затем договор подписали и представители пятидесяти семи других государств, а президент Джонсон сказал краткую речь:
___________________
