Ти пришлось пойти навстречу врагам — угрозу они обозначили весьма недвусмысленно. Олиси услышала пыхтение, возню и тонкий девичий всхлип. Кулаки сжались сами собой, ногти больно впились в ладони. Что они там с ней делают? Олиси подождала некоторое время, осторожно высунулась из-за угла, когда звук шагов начал удаляться, и увидела трёх гуманоидов в респираторах и мешковатой золотистой одежде, похожей на униформу пожарных. Один из них заломил руку итиайя, вынудив её плестись с согнутой спиной. За ней эскадрой летели ножи, отсекая пути к отступлению. Знают ли враги, что Ти — маг? Правда, пока что практически бесполезный…
Олиси перевела взгляд на тележку с огнетушителем. Дотолкать в одиночку она дотолкает, но вдруг там дальше засада? Всё-таки у одной Олиси шансов прорваться ещё меньше, чем вдвоём с итиайя. Спрятаться на кухне и ждать, пока всё само собой образуется?
Нет. Она не тварь дрожащая. Она солдат «Третьей стороны».
Олиси сняла защитную пломбу с огнетушителя, отсоединила раструб подачи порошка с гладкого бока баллона и аккуратно положила его сверху. Поднявшись с пола, грудью налегла на поручень тележки и пошла на разгон. «Плохая идея. Очень плохая идея!» — с замиранием сердца думала она, каждую секунду ожидая, что колёсики скрипнут, или её топот услышат раньше, чем нужно.
Враждебное трио наконец-то уловило движение сзади. Они остановились, и Олиси, оперевшись ладонями о поручень, перемахнула через него, как гимнастка через спортивный снаряд. Гад справа от Ти отпустил её, потерял контроль над ножами и суетливо замахал руками — тележка резко замедлилась, и Олиси чуть не покатилась кубарем. Освобождённая итиайя вцепилась ногтями в лицо мага и повалила его на пол. Двое других смешно растопырили руки и ноги, пытаясь загородить дорогу Олиси, и она со злорадством открыла клапан подачи порошка.
Врагов откинуло как телекинезом — мощный напор не давал им встать, а порошок засыпал глаза, уши и забил фильтры респираторов. Олиси выкрутила вентиль на максимум, надеясь, что пришельцы сдохнут или хотя бы потеряют сознание. Итиайя зверёнышем метнулась по полу, схватила валявшийся нож, которым совсем недавно пугали её саму, и с боевым кличем ткнула им в шею ослеплённого мага.
Олиси никогда не видела, как убивают людей, и от артериального фонтана из хрипящего мага её чуть не вывернуло наизнанку. Пальцы соскользнули с клапана, и Олиси зажала рот, борясь с тошнотой. Ти хладнокровно прикончила второго гуманоида всё тем же ножом, а третьего полоснула неглубоко и с минуту сидела рядом, обхватив его лицо ладонями и не моргая глядя в полные ужаса стекленеющие глаза.
— Я знаю его речь, — не без гордости сообщила она, вытерла нож об его одежду и небрежно отпихнула от себя бездыханное тело.
Олиси сглотнула кислую слюну и, стараясь не смотреть на иномирянку, с трудом сползла с тележки. Вспомнилось, что немало солдат «Третьей стороны» полегло при первом столкновении с итиайя. Уж не тогда ли Ти научилась говорить на око́ре, когда держала в руках голову умирающего тохшанина?..
— Надо выбираться, — еле ворочая языком, выдавила Олиси.
Вопреки всем опасениям, путь до эвакуационного выхода дался проще, только пришлось освещать его встроенным в элеком фонариком — лампы-то не горели. В итиайя с каждым шагом прибавлялось сил: она уверенно разгоняла дым и тушила ползущие по обшивке коридора языки пламени. Захватчики больше не попадались — видимо, на разведку отправили только тех троих.
Ти не выпускала нож из рук, и Олиси каждый раз мутило, когда он попадал в её поле зрения. На лезвии остались багровые разводы. Олиси осознала, что боится иномирянку — с такой скоростью, ловкостью и решительностью, да ещё и сверхспособностями, тягаться никак не получится. Какие, в сущности, у итиайя моральные принципы? Не захочет ли она присоединиться к чужим магам, если ей что-нибудь пообещают? Например, вернуть старейшину к жизни.
Итиайя тронула её запястье, и Олиси чуть не подскочила от прикосновения острых коготков к своей коже.
— Что с тобой? — обеспокоенно спросила Ти. — Ты пахнешь страхом. Ты так не пахла, когда дважды спасла меня.
«Обделалась, видать», — хотела мрачно пошутить Олиси, но слова застряли в горле. А вдруг итиайя уже может читать мысли, как Моро Сан? Узнает, что напарница прикидывает, как бы от неё избавиться.
— Ты людей убила, — брякнула Олиси и неловко добавила: — Я же тоже человек.
«А я типа не пыталась задушить их порошком», — сама себе ответила она. Ну вот что на неё нашло? Солдат, называется.
Ти остановилась и развернулась к Олиси всем телом.
— Когда вы пришли в наш мир, я была лекарем. Вы убили почти всех воинов. Мне тоже пришлось стать воином. Сегодня ты взяла от меня и лечение, и войну. Не вини меня в том, что берёшь.
Не дожидаясь Олиси, Ти двинулась дальше, и Олиси почудилась обида в её гордой осанке.