— Ага. И пырят на нас, вон, глянь. Следом вертятся! — ткнул пальцем Виктор. Сидящая на нём Алиса от неожиданности едва не свалилась в воду. Хм. А чего она вообще продолжает сидеть у него на плечах? Тут же уже вода…
Впрочем, оба выглядят довольными. Не стоит им мешать. Мы устремились наверх. Готовясь, наконец, получить обещанное вознаграждение.
— Фух! — выдохнул я, скомкав слизистый шарик контура и убрав в карман, когда мы оказались над водой. — Надень контур, сними. Больше, надеюсь, никуда плыть не надо, почтенный?
Я бросил вопрос просто в воздух, разглядывая своды потолка… Ну, если мерно покачивающиеся мышцы, с которых свисают на мясных трубах какие-то мешки с желтой мутной жижей, можно назвать сводами.
Один из таких мешков как раз в этот момент раскрылся, излив содержимое на небольшой светло-желтый круглый островок, у которого мы и всплыли. Похоже, та самая обещанная площадка.
Вместе с жижей, вновь едва не заставившей девушек исторгнуть поздний ужин, на платформу что-то шлёпнулось и стало подниматься, отряхиваясь. Поднялись и мы. Площадка оказалась твердой и сухой.
— Да это ж кость! — постучал сапогом по полу немец.
— Так и есть. — донеслось от распрямившегося склизкого существа. — Я удлинил и расширил одно из внутренних рёбер. Не благодарите.
— А это… человек! — ахнула спрыгнувшая наконец со спины немца Каховская. — Только… какой-то мёртвый.
Сам я пристально оглядел представшее перед нами создание. От него вверх, к его бывшему кокону, тянулись тонкие нити — видимо, нервные пучки. А само создание явно когда-то было человеком. Даже больше — человеком с Земли!
Первым делом я узнал расписной желтый халат с широкими рукавами и красными лилиями, нарисованными вдоль полов. Это же облачение ханьских мудрецов! При чём какое-то высокоранговое.
Во время моей войны с иномирными тварями, народы, жившие на территории нынешнего Китая, тоже очень преуспели в магии. Только вот они не пришли нам на помощь. Предпочли закрыться ото всех, обороняя лишь свои земли.
Насколько я знаю, они поплатились за это почти поголовным уничтожением цивилизации в тех землях. Таков закон — одиночки неизбежно гибнут. даже миллион одиночек.
Так что в их иерархии магов, зовущихся мудрецами, я не разбираюсь. Но этот точно был высокопоставленным, ибо золотые халаты носили гвардейцы тамошнего императора.
Длинные усы, спутавшиеся и слипшиеся в желтой жиже, высокая черная шапка, которую сейчас существо водружало на голову… Ну точно, кто-то с востока. И из моей эпохи.
— Военный трофей, полагаю? — хмыкнул я. Этих людей мне не было жаль ни капли тогда. Уж тем-более не жаль мне кого-то из них сейчас, тысячи лет спустя.
— Так и есть. — ответил старик. — У меня тут есть несколько представителей вашего вида. Но этим я горжусь особо — он достался мне в наследство от матери, когда я пожрал её и присовокупил к себе её лучшие части.
Зеленое, полугнилое лицо древней мумии без губ и век, с черными разбухшими глазными яблоками, исказилось в уродливой улыбке. К моему удовольствие, никто из наших не дрогнул — пермская резня приучила их всех к мертвецам.
— Впрочем, не стоит забывать, что идёт война, хозяин людей. — повернул ко мне лицо ярлык Вееран Ниена. — Я уже ухожу с поля боя, но сражение явно привлекло боевые крылья врага. Это хорошо — при удачном стечении обстоятельств, я смогу их раздавить и пожрать. Ну или, по крайней мере, смешаю им карты.
— А… а что с Шегером? — спросила Мария, оглядываясь. Действительно, его с нами не было уже довольно давно.
— Не переживай, самка. Он хорошо служит — и я вознаградил его. В одной из моих гаремных камер сидит его самка. Я предпочитаю заключать в себя половых партнеров всех, кого отправляю далеко от себя. На всякий случай. Теперь они смогут спариться, он оплодотворит её, сытно поест. Возможно, я позволю ему распотрошить кого-то из своих младших жен, прирастив наконец новые части тела. Этому воину не помешает, скажем, ещё пара рук.
Вееран Ниен говорил всё это абсолютно спокойно, даже с гордостью — мол, вот как я о своих вещах забочусь! То, что с каждым новым предложением мои соратники все сильнее бледнеют и всё крепче сжимают кулаки, его, похоже, не смущало.
Меня тоже — Маша сама захотела это узнать. Так что в том, что её картина мира в очередной раз расширилась, она виновата сама.
— Полагаю, раз идёт война, нам стоит как можно скорее уладить вопрос о награде и покинуть ваши прекрасные владения, великий? — с лёгкой усмешкой спросил я.
Марионетка Вееран Ниеена кивнула. Часть черепа отвалилась от остальной головы, повиснув на нервном пучке. Аккуратно приставив всё на место и присев на костяной пол, ярлык заговорил:
— Ты прав, хозяин людей. Вы сослужили мне такую службу, какой я не мог от вас и ожидать. Вы заслужили поистине господскую награду!
