Решился я на такой шаг потому, что прихожане, возмущенные беззакониями и злоупотреблениями заправил синагоги, обратились ко мне, к человеку, в честность и порядочность которого они верили, с просьбой, чтобы я возглавил ревизионную комиссию. Мне казалось, что на правах председателя этой комиссии я сумею вывести на чистую воду беспринципных дельцов, наживающихся за счет верующей части еврейского населения. Но скоро я увидел, что мои старания напрасны. Всеми делами синагоги заправлял некий Каминкер, который окружил себя своими людьми, подхалимами. Касса вскрывалась Каминкером в отсутствие ревизионной комиссии, даяния верующих по-прежнему присваивались корыстолюбцами.
Людей, которые не хотели иметь ничего общего с синагогой или пытались бороться против установившихся там порядков, Каминкер и его подручные подвергали травле. Убедившись в том, что покончить с этим злом своими силами невозможно, группа прихожан, к которой присоединился и я, обратилась через районную газету, к общественности с заявлением об окончательном разрыве с синагогой и с религией вообще. Но мы не ограничились этим. Зная, что верующим, особенно пожилым людям, порою бывает трудно расставаться со своими заблуждениями, мы оказываем им помощь, ведем среди них индивидуальную антирелигиозную работу.
Таковы мои мысли об иудейском вероучении, которые я выношу на суд людей, ибо в суд божий я давно уже не верю.
Мендель Лейбович Гольдман,
житель г. Калараш, пенсионер.
В прошлом году в городе Фалешты Молдавской ССР произошло вполне закономерное событие: прекратила свое существование синагога, действовавшая здесь с незапамятных времен. Примечательно, что ее упразднили по просьбе самих верующих. Чем же это объяснить, почему люди, еще недавно глубоко верившие, отвернулись от синагоги, более того, они потребовали закрыть ее, а руководителей этого «святого храма» привлечь к судебной ответственности?
Нетрудно понять, что причина этого события кроется в самой жизни. С установлением Советской власти в Бессарабии произошли большие социально-экономические перемены. Преобразовалось лицо и бывшего еврейского местечка — Фалешт. Вместо грязных, убогих хижин появились новые кварталы жилых домов с благоустроенными квартирами, радио и электрическим освещением. Здесь выросли здания школ, в которых бесплатно обучается молодежь, построены амбулатории, больницы, где жители получают бесплатную медицинскую помощь, открыты Дом культуры, кинотеатр, библиотека. Если в недалеком прошлом большинство жителей Фалешт было неграмотным, то сейчас здесь нет ни одного дома, в котором не получали бы газеты и журналы.
Навсегда исчезло то время, когда трудящийся человек постоянно жил в тревоге за завтрашний день, когда его судьба зависела от произвола хозяина, который в любой момент мог выбросить его на улицу и оставить без работы, без средств к существованию. Теперь все по-иному. В деревне не стало помещика и кулака, в городе — заводчика и фабриканта. Исчезли ростовщики и спекулянты, перекупщики и маклеры, которые в прошлом, как стая хищников, набрасывались на свою жертву — трудовой люд — и обдирали его как липку.
Канули в вечность тяжелые времена прошлого, в каждый дом фалештского жителя прочно вошли достаток и благополучие. По-новому зажили люди, и мысли у них стали иными. Какая необходимость теперь идти в синагогу и просить милосердия у бога Яхве, когда ты живешь хорошо и счастливо? Поэтому его почитателей с каждым днем становилось все меньше и меньше. Это не на шутку обеспокоило тех, для кого синагога была доходным местом.
Чтобы поправить пошатнувшееся положение синагоги и приумножить свои доходы, служители Яхве в городе Фалешты за последнее время развили бурную деятельность, которая начала выходить далеко за рамки религиозной. Это вызвало возмущение многих жителей Фалешт. В общественные организации стали поступать жалобы граждан с просьбами оградить их от вымогательств, угроз, шантажа и оскорблений со стороны руководителей синагоги. Чтобы пресечь незаконные действия зарвавшихся «ревнителей бога», было решено предать их суду общественности.
Общественный суд назначили на 24 апреля 1960 года. Об этом извещали жителей афиши, расклеенные по городу. То там, то здесь у объявлений собирались группы людей и оживленно обсуждали необычное для городка событие. Одни одобряли решение общественности, таких было большинство, другие считали, что этого не следовало бы делать, но таких было гораздо меньше.
В день суда фалештский кинотеатр был заполнен до отказа. Сотни жителей города, которым не удалось попасть в зал, толпились на улице, стараясь не пропустить ни одного слова из судебного разбирательства.
