– Слышу вас хорошо, Бета-1, – раздался в нем потрескивающий голос Алисы. – Мы с Буратино-3 работаем над поиском потенциальных объектов вашего интереса. Мы отсекли уже более шестидесяти семи процентов территории кладбища. Выйдем на связь, как закончим.
– Вас понял. Переключаюсь на микрофон, конец связи, – отрезал Ковальский и хмуро взглянул на Марго. – Шестьдесят семь процентов – это неплохо, но где гарантия, что хоть один процент нас заинтересует?
– Остается только верить, – ответила девушка и вышла из машины.
Воздух на кладбище был холодным и влажным. Даже в голове не укладывалось, что они сейчас находятся почти в самом центре города: шум улиц и отсветы ночной иллюминации почти не долетали сюда сквозь множество деревьев вокруг. Оглянувшись по сторонам, Марго поразилась тому, как часто и близко друг к другу располагаются надгробья, каждое из которых имеет свою ограду, очерчивающую пространство примерно три метра в длину и полтора в ширину. Перспектива обыскивать это все вручную на предмет символов, позаимствованных у древних египтян или ассоциирующихся с ними, не внушала ей оптимизма. Вся надежда оставалась на Алису и того застенчивого программиста, чье имя она даже не запомнила.
Эх, если бы федералы не посадили Ратцингера в своеобразную мини-тюрьму ФСБ в подземном этаже комплекса, у «Буратино» был бы шанс справиться быстрее. Немец многое знал и являлся весьма ценным союзником для любой из сторон развязавшейся войны между древним орденом и современной спецслужбой.
– Пошли, – скомандовал Ковальский, и они двинулись к главному входу. – О нашем приходе уже известили.
– Вы с ума сошли? – воскликнула Марго, но федерал тут же зашипел на неё.
– Ряховский нас представил как важных друзей главы Второй службы.
– Могли бы и поделиться легендой, – съязвила девушка, глядя на Ковальского исподлобья.
– Я как раз этим сейчас и занимаюсь, – процедил он. – Ты моя племянница, а я хороший друг начальника Второй службы ФСБ Игоря Нефедова. У нас через десять часов самолет, поэтому мы очень торопимся увидеть одну особенную могилу на кладбище.
– Так себе легенда. Культисты нас не раскусят?
– Главное, что администрация кладбища клюнула, иначе пришлось бы говорить как есть, а лишняя огласка нам ни к чему.
Марго вынужденно стиснула зубы и промолчала. Такая легенда девушку не устраивала: в любой момент её легко можно было разоблачить.
– Я буду говорить, не вмешивайся, – как будто прочитал её мысли Ковальский. – Просто помни, что я твой дядя и не забывай поддакивать, когда нужно. Ты сообразительная, я в тебя верю.
У входа в административное здание их встретил средних лет мужчина, типичный офисный планктон. Черные брюки, белая рубашка, лысина, очки, пивное брюшко. Не таким Марго себе представляла современного смотрителя одного из самых известных кладбищ в столице.
– Константин Геннадьевич! – воскликнул он, обращаясь к Ковальскому. – Рад вас видеть здесь в столь поздний час!
От этого заискивающего тона Марго едва не вырвало, но она сдержалась от едкого комментария. Подобное подхалимство, пожалуй, неискоренимо. Сколь бы технически прогрессивной Россия ни была, в какой бы эпохе или социально-экономическом строе ни пребывала в данный момент, лизоблюдам, подмазывающимся к барину, всегда найдется в ней место.
– Бета-1, Буратино-3 сузил круг поиска до трех процентов территории кладбища, – раздался в ухе женский голос. Марго испугалась от неожиданности, но виду не подала. – Сейчас выдадим результат.
Ковальский, который едва успел переодеться в штаб-квартире на Лубянке в коричневый свитер, крепко пожал их новому знакомому руку. Толстовка насквозь провоняла потом, а также изрядно испачкалась после нескольких перестрелок и пережитого обрушения. Сейчас о былых событиях этого дня почти ничего не напоминало, кроме изможденного выражения лица, которое Ковальскому с трудом удавалось скрывать, и густой щетины, почти превратившейся в бороду.
– Меня зовут Андрей, и я почту за честь провести вам сегодня экскурсию, – продолжал их провожатый. – Ваш друг сказал, что вас интересует какая-то особенная могила, но подробностей не сообщил. Не подскажете, что конкретно вас интересует?
– Да понимаете… – начал Ковальский и тут же зашелся в приступе кашля, в его исполнении напоминавшем нечто среднее между раскатами грома и лаем сенбернара.
В этот же момент в её ухе слышались наперебой два голоса: помощницы Ряховского и программиста. Марго напряженно вслушивалась в слова Алисы в наушнике, недоумевая, сможет ли хоть что-то из этого воспроизвести Ковальский. Она силилась запомнить все детали, чтобы в случае надобности прийти на выручку федералу. Чем больше она слушала, тем сильнее чувствовала, что холодеет. Дослушав до конца, Марго поняла, что сомнений больше не осталось. Это наверняка то самое место.
