– Ничего подобного. При нем не нашли ни телефона, ни билета. Если он как-то и получил наводку, то незадолго до взрыва избавился от улик. Среди его одежды отыскалось только… – Ряховский выудил из нагрудного кармана пиджака закрытый пакет для улик, – …вот это.
Сквозь пленку просматривалась небольшая дощечка, по форме напоминавшая разделочную, но размером с ладонь. Её поверхность была абсолютно гладкой и лакированной.
– Смартфон, если и был, то он его выкинул, – добавил федерал. – А рация вызвала бы подозрения, поэтому он вряд ли её взял. Но вот этот предмет ставит меня в тупик.
– На другой стороне что-то есть? – спросила Марго.
– Нет, она такая же.
В доказательство он перевернул дощечку. В моргающем свете проблесковых маячков виднелась всё та же гладкая лакированная поверхность.
– И зачем ему пустая дощечка? – недоуменно спросил Ковальский. – Какой в этом смысл?
– Это шайка свихнувшихся фанатиков, – авторитетно заявил Ряховский. – Чего еще ты мог от них ждать?
– Члены этой шайки свихнувшихся фанатиков за сегодня уже дважды вас обдурили, – напомнил Ратцингер. – Проявите уважение к противнику.
– С какой еще стати? – Ряховский холодно взглянул на немца. – Я гляжу, вы ими восхищаетесь, господин эксперт.
– Не без этого, – бесхитростно и с неподдельным энтузиазмом ответил Ратцингер. – Сеттиты являются предметом моего изучения уже почти десять лет, и я никак не надеялся встретиться с членами этой организации в реальности. И я не столько восхищаюсь, сколько констатирую факт, господин Ряховский. А факты, как известно, вещь упрямая.
– Ага, – хмыкнул федерал. – Лучше, чем демагогию разводить, выразили бы свое экспертное мнение на тот счет, что наши молодчики будут делать дальше?
Ратцингер ответил без запинки, словно ожидал этого вопроса:
– Как вы понимаете, им необходимо замкнуть создаваемый на карте города символ. Пятиконечную звезду. Полагаю, в ближайшее время этим они и займутся.
– А не может случиться так, что, раз сеттиты не ожидали вмешательства в свои планы, последуют небольшие коррективы? – поинтересовалась Алиса. – Их застали врасплох, но в ближайшее время они перегруппируются, соберутся с силами и снова нанесут удар на Павелецком вокзале.
– Я так не думаю. В конце концов желанного они добились, поскольку теракт предотвратить не удалось. И насколько мне известно, сеттиты славятся своим упорством, так что они доведут работу до конца.
– Тогда, если наша теория с пентаграммой верна, – сказал Ковальский, поднимаясь на ноги, – то следующий взрыв произойдет снова на Белорусском? Звезда замкнется там, где она началась.
– Это абсурд, – отмахнулся Ряховский. – Даже самые наглые преступники не рискнут возвращаться на место подобного преступления. Там усилена охрана, ведутся тщательные досмотры, проверяется багаж пассажиров, стоят кинологи с тренированными псами. Никто не проскочит с бомбой.
С Ряховским было трудно не согласиться, хотя, если учесть сегодняшние события на мосту через Битцу, становилось понятно, насколько жалко выглядят аргументы начальника. Сейчас у группы не было ни единой зацепки, кроме толком ничего не говорящего культиста в штаб-квартире и убитого сеттита. На изучение криминалистами и патологоанатомом тела последнего уйдёт слишком много времени. С учетом взятого сеттитами темпа федералы могли таким запасом не располагать.
– Все равно стоит перестраховаться и выяснить там обстановку, – заключил Ковальский. – Алиса, свяжись с нашими людьми на Белорусском. Пускай прочешут вокзал и все поезда сверху донизу.
– Как скажете, – кивнула помощница и застучала пальцами по смартфону.
Краем глаза Ковальский заметил, как к Марго подошли врачи и поинтересовались её состоянием. Убедившись, что девушка чувствует себя лучше, они вежливо попросили её покинуть автомобиль.
– Ох, а как же я дальше пойду? – сказала Марго, уставившись на свои босые ноги. – Я туфли сбросила перед тем, как прыгнуть с моста. Их наверняка уже присовокупили к материалам дела как улику. И слава богу, вряд ли каблуки подойдут для забегов по городу.
Медсестра собралась было что-то возразить, но поймала на себе красноречивый взгляд Ковальского. Слегка замявшись, она проговорила:
– Давайте я отдам вам свою запасную пару обуви. Я вожу её с собой, под сиденье закидываю на всякий случай. Каблука нет, так что вам должно быть удобно.
– Вы очень добры, – улыбнулась Марго и с радостью приняла обнову из рук сердобольной медсестры.
Натянув обувь на ноги, Маргарита легко спрыгнула на землю, оставив на плечах полотенце, и приблизилась к своим.
Мимо них как раз проходила группа криминалистов, один из которых (явно главный) подошел к Ряховскому и коротко доложил:
– С телом подозреваемого закончили, Альберт Рудольфович. Можно паковать и везти в морг. Сейчас приступаем к осмотру станции и моста. К утру, когда поднимут обломки поезда и извлекут все тела, сможем изучить и их.
