Как рассказал профессор после, и отец рыбака был рыбаком, и дедушка, и прадед. И все они уже почти сто лет ловили рыбу и сдавали ее в магазины, платили налоги, жили честно и безбедно…
Честно и безбедно. Такое возможно в природе?
По дороге домой профессор ни с того ни сего вдруг взял ее за руку, и так они шли какое-то время, пока Кира не дернулась и не убила этой самой рукой воображаемого комара у себя на шее.
Конечно, можно было бы напомнить профессору, что она его коллега, что они работают вместе и между ними ничего быть не может, но Кира, посмотрев на него, поняла, что это лишнее.
Да, работа. У них есть общая работа, но и от этого тошнит. Интереса к профессорской книге у нее нет и не было. При любой возможности сбегает она в свою комнату и пишет свое. И час, и два, и три, так что жизнь ее перемещается в слова, и кажется, что с каждой страницей по капле настоящая жизнь иссякает, а та, другая, выдуманная, пересказанная, оживает, наливается цветом. А что будет, когда она допишет?
И кто ей вообще сказал, что она может и должна писать? Может, это все ее нездоровье. Всего лишь побочки от тяжелейших лекарств. Какая она на хрен писательница? Обездоленная, не интересная никому своими болячками, бродяжка. Пьянь.
Щелкнув железным кольцом, она открыла вторую банку пива.
А когда солнце прикорнуло за деревьями, чтобы через три часа проснуться, хватаясь за сердце, ибо сон алкоголика тревожен и краток, Кира открыла третью, а потом уж и четвертую…
А вот и дятел. Здрасте пожалуйста! Тук-тук. Тук-тук-тук. В ее голове тоже кто-то отстукивает. Кто это? Кира осмотрелась. Никого, кроме дятла. Но это не он. Голова пухнет, будто кто-то невидимый надувает ее, как воздушный шар, и, надувшись до предела, начинает медленно-медленно подниматься над деревьями. И поравнявшись с дятлом, вторит ему: «Тук-тук. Тук-тук-тук. А что я здесь делаю?» – спрашивает голова у дятла, но тот, безучастный, продолжает долбить сосну. «Тук-тук. Тук-тук. Что я здесь делаю? – спрашивает голова у солнца, лежащего в пьяном обмороке за елями. – А что я здесь делаю? – спрашивает голова у пустоты. – А что я здесь делаю?» – отстукивает голова.