— Ну уж нет, — ответил Карим и, закинув её на плечо, направился к окну.
Посадив девушку на широкий каменный подоконник, ассасин выглянул во двор. Снующие внизу белые воины занимались ремонтом лестниц и укрепляли пострадавшие при осаде замка ворота.
— Здесь столько дверей, — осматривая огромный круглый зал, произнёс Карим. — Что за ними скрывается?
— Ну, за многими ты уже бывал, а за теми, что не был, порой встречаются странные вещи. Например, за одной из них есть темнота — такая тёмная, что ни огонь, ни лучи солнца не могут её осветить. А за другой — тишина и бесконечный сизый туман. Войдя в неё, ты больше не слышишь звуков внешнего мира, только бесконечную звенящую тишину. Многих этих комнат я боюсь и никогда туда не хожу. Я люблю только сад. Только там всегда поют птицы, светит солнце и всюду цветы, — шмыгнув носом, ответила она.
— Какая же ты хорошая, — умилённо поцеловав её в макушку, с улыбкой сказал Карим.
— Не отдавай меня никому! — вдруг прижавшись к его груди, с тревогой воскликнула Читана.
— Что ты такое говоришь? — заглядывая ей в глаза, спросил ассасин.
— Не отдавай, — покачивая головой и глядя ему в глаза, взволнованно повторила она.
— Ты моя жизнь, ты всё, что у меня есть, глупая, — уткнувшись в неё лбом, произнёс Карим. — Разве я могу тебя кому-то отдать?
Снаружи затрубил горн. Низкий призывный гул задрожал на стёклах, пробежавшись по коже Карима ледяными мурашками.
— Они снова идут за мной, — со слезами на глазах сказала девушка и вжалась в широкую грудь Карима.
— Ничего не бойся. Я рядом. Я с тобой, — крепкой уверенной рукой проводя по волосам Читаны, произнёс ассасин.
Во дворе зазвенели оружием. Белые воины готовились к новому штурму.
— Я пойду посмотрю, что там, — легко похлопав по спине девушку, произнёс Карим.
— Не уходи, — вцепившись в куртку ассасина, взмолила она.
— Я скоро вернусь, — сжав её плечи, сказал он. — Будь здесь! Всё будет хорошо! — невозмутимо добавил он и направился к выходу.
Выйдя на стену, Карим увидел, как к замку приближается чёрная лавина вооружённых солдат. Позади на сером коне ехал комендант. Эту фигуру Карим узнал сразу. Впереди авангарда люди и кони тянули крытый навесом тяжёлый таран. Засвистели стрелы, защёлкали наконечниками о каменные зубья стен. Белые воины, осторожно выглядывая из укрытий, готовили камни, грели на кострах чаны со смолой.
— Чёрта с два, ты пройдёшь, гадина, — глядя исподлобья на командующего солдатами коменданта, прошипел Карим.
Навесом за стены полетели огненные стрелы. Один из белых воинов, сражённый пылающим наконечником, падая, опрокинул чан с кипящим маслом. Вспыхнул пожар. Воины бросились засыпать пламя землёй и песком. А тем временем о стены крепости ударились лестницы. В ползущих по ступеням полетели камни. Разнеслись первые истошные крики раненых солдат коменданта. Спустя несколько минут боя ворота замка содрогнулись под ударом тарана.
Метнувшись на стену над воротами Карим, обжигая руки, вцепился в край огромного раскалённого чана, помогая белым воинам опрокинуть его на стенобитное орудие, рушащее ворота твердыни. Ухнувшая вниз смола зашипела. Вопли попавших под смертоносный поток солдат на мгновение заглушили громовые удары тарана. Со стены полетели факелы, однако заполыхавшая машина в этот раз со всех сторон была защищена широким металлическим навесом. Машина невозмутимо продолжила наносить удар за ударом, сотрясая собой ворота цитадели.
— Рубите перекрытия! — схватив топор и принявшись вколачивать его в крепкую балку, подпирающую черепичную крышу над воротами, закричал Карим.
Сразу несколько белых воинов принялись помогать ассасину. Балки затрещали, тяжёлый навес накренился, ещё несколько ударов топора и черепица с грохотом поехала вниз. Несколько опорных балок с треском подались вперёд. Навалившись на уже ползущую конструкцию, Карим с силой опрокинул её вниз. Тяжёлая крыша рухнула, с грохотом погребая под собой неукротимый таран коменданта. Огонь быстро перекинулся на деревянные завалы. Вскоре жар стал такой силы, что укрывшиеся внутри тарана солдаты с криками стали вылезать из обшитой металлом западни. Удары разрушительного маятника стихли. Всё ещё гудящие окованные ворота облегчённо замерли.
— Сожрал, сука?! — плюнув вниз с крепостной стены, выпалил Карим.
Солдаты, понеся потери и лишившись возможности разрушить ворота, начали отступать, но пожар охватил и ворота и грозил спалить их дотла.
— Тушите огонь!!! — закричал Карим.
Защитники крепости, не жалея сил, стали заливать водой полыхающий внизу ад. Вскоре пламя отступило, и Карим вздохнул с облегчением, однако радости защитников не суждено было продлиться долго. Стены под ногами ассасина вдруг задрожали. С неба раздались уже знакомые оглушительные трубы. Каменистая земля, словно проснувшийся необозримый монстр, заколыхалась, вздыбилась, и там, и тут по ней поползли глубокие чёрные трещины. По восточной стене замка пробежала тёмная паутина раскола. Очередной мощный толчок с грохотом и клубами пыли обрушил часть стены, погребая под руинами сорвавшихся вниз защитников цитадели.
