Провожал на прием нас почти весь Ключ. Малышки Виви и Флори кружились, представляя, что тоже будут танцевать на балу. А в глазах Марики я заметила легкую грусть. Ее не пригласили, но я пообещала, что когда-нибудь она сама будет встречать именитых гостей в этом замке и устраивать приемы.
— Девочки, — строго позвала Коко, привлекая наше с Дафиной внимание и вырывая из собственных мыслей. — Вы запомнили все, что я вам говорила?
Мы синхронно кивнули, но заботливая бабуля решила повторить:
— В скандалы не ввязываться, на провокации не отвечать, сохранять достоинство.
Дафина добавила:
— А еще не танцевать с одним и тем же партнером больше двух танцев подряд, не оставаться наедине с незнакомыми мужчинами…
— И со знакомыми тоже, — Кокордия замахала на себя веером. — Надеюсь, вы меня не опозорите.
— Обижаешь, бабушка! — сестра надула губки.
— На приеме не все будет зависеть только от вас. Вы еще слишком молоды и неопытны, не знаете ловушек, которые могут устроить скучающие хищники. Между родами большая конкуренция, а хороший способ обойти кого-либо, приподняться за чужой счет — это его опозорить, унизить, обнажить слабость соперника. Мы же — прекрасная мишень для насмешек.
— Я не понимаю, откуда столько жестокости? — дрожащим голосом спросила Дафина.
— Лучше бы тебе и дальше пребывать в своих розовых грезах, моя милая, — Коко щелкнула веером. — Мир расчетливых и бездушных аристократов не для тебя.
Я сжала холодную ладонь сестренки.
— Ничего, все будет хорошо.
Она вздохнула и отвернулась к окну.
Последние минуты я просчитывала в уме варианты событий, думала, кому и что буду говорить, как буду себя вести. Наконец экипаж остановился, перед нами открылась дверца, а лакей подал руку, чтобы помочь выйти каждой из нас.
Масштабы поражали. Ключ был более уютным и тихим, здесь же в каждом камне чувствовалась строгая сила.
Я одернула себя. Не пристало графской дочке вертеться по сторонам с разинутым ртом.
Сразу поймала на себе несколько заинтересованных взглядов от гостей, сбившихся группками. Мы стояли у подножья лестницы, а откуда-то сверху неслись звуки музыки и голоса — возбужденные, веселые, взволнованные.
— Ну? — Коко строго оглядела нас с Дафиной и подхватила юбку. — Все за мной.
Я поставила ногу в туфельке на первую ступень, и вдруг нас окликнули. Судя по тому, как изменилась в лице Кокордия, встреча предстояла не самая приятная.
— Началось, — пробормотала она себе под нос.
«Не вестись на провокации. Не ввязываться в скандалы», — включилась шарманка у меня в голове.
Я медленно обернулась, вздергивая подбородок и мысленно готовясь отразить атаку. Хоть мужской голос и был мне незнаком, его обладателя я узнала сразу.
Рост и телосложение шкафа, грубые черты лица, взгляд, полный превосходства и надменности.
Зубы заскрипели, а пальцы сжались в кулаки.
— Граф Савад, — змеей прошелестела Кокордия. — Какая приятная встреча.
— Не менее рад видеть вас и ваших очаровательных внучек, — процедил он, меряя нас с Дафиной оценивающим взглядом. — Вы так долго прятали от нас нейру Олетту, что мы даже задумались — а жива ли она вообще?
И тут я как будто со стороны услышала собственный звонкий голос:
— Как видите, живее всех живых, — я выступила вперед, загораживая собой Кокордию.
Если граф Савад напоминал раскормленного и до тошноты самоуверенного волка, то его сыновья больше походили на шакалят, тявкающих из-за спины вожака.
Первый — длинный и худой, как палка, с неопрятными темными волосами до плеч и злобно сверкающими черными глазками. Второй — посветлее и пониже ростом, с выдающейся вперед нижней челюстью, похожей на ковш экскаватора. При этом он еще что-то жевал, причмокивая.
Интересно, который из них мой несостоявшийся жених? Оба как на подбор — красавчики. Заверните всех!
— Нейра Олетта, — подобострастно протянул Экскаватор и чуть склонил голову. Даже ладонь к груди приложил, демонстрируя глубину чувств. — Обезоружен вашей красотой.
— Мирзэ, — предостерегающе бросил граф, намекая отпрыску заткнуться и не лезть.
Даже имя парня намекает на что-то мерзенькое и подленькое.
— Вы нас задерживаете, — холодно произнесла Коко.
— Я всего лишь поприветствовал соседей, это не запрещено. Как ваше здоровье? Как чувствует себя нейт Костадин? В прошлый раз мы не слишком хорошо расстались.
О, я бы сказала, расстались отвратительно. И если бы Костик был здесь, а не уехал с Деревянной Горой, то случилась бы новая, не менее горячая вспышка.
Он нарочно хочет нас разозлить и выставить в дурном свете. Вон, некоторые уже начали прислушиваться к нашей беседе.
— Костадин в полном порядке, спасибо, что печетесь о его здоровье, — я выдала улыбку под названием «да чтоб у тебя вылезла грыжа».
Я чувствовала на себе взгляды троих Савадов. Они оценивали, ощупывали, представляли, что я не просто человек, а ключ к желанным ими землям Готаров. К источнику волшебной силы, которая в их роду неумолимо тает.
Ключ, что они потеряли, но не утратили надежды вернуть или украсть.
