В темноте платье казалось подсвеченным изнутри. Меня окутало мягкое мерцание, словно в ткани волшебница спрятала тысячи микроскопических звезд или бриллиантов.
— Чем темнее ночь, тем ярче ты должна сиять, — с любовью и гордостью за свое творение молвила швея и погладила меня по волосам.
Как она почувствовала? Как поняла? И если магию целительства Латисса могла распознать, то некромантия ведь спала глубоко и крепко, я ей не пользовалась.
Но наряд отражал двойственность магии Олетты. Теперь уже моей магии. Сочетание света и тьмы, их единство.
— У вас золотые руки, нейра Латисса, — произнесла я, когда справилась с эмоциями. — Не знаю, как подобрать слова благодарности, поэтому спасибо. Просто спасибо.
Та рассмеялась и покраснела.
— Да полно тебе, девочка! Ваша внутренняя красота и чистота сделала мои платья такими. Ведь ничто не красит наряд так, как человек, который его носит.
Я снова посмотрела на себя в зеркало.
Шторы медленно раздвигались, впуская в мастерскую солнечные лучи. Платье мягко меняло свой оттенок, снова превращаясь в благородное темное серебро.
Ох, чувствую, на грядущем приеме все внимание будет приковано к нам с Дафиной!
— Мне страшно, Олетта! Я так волнуюсь, — Дафина вцепилась мне в плечо тонкими пальцами.
Мы подбирались к герцогскому замку, застывшему на вершине холма древним исполином. Я считала большим Ключ, но он ни в какое сравнение не шел с колыбелью герцогов Моро. Не даром замок назывался Стражем — веками он защищал окрестные земли от набегов воинственных соседей.
Дорога заняла куда меньше времени, чем я думала. Морально готовилась к тому, что придется день, а может и несколько трястись в повозке, но все оказалось куда проще.
За Ринком в старой роще располагался пока что единственный в графстве портал, который позволял путешествовать на небольшие расстояния. Построен он был еще во времена деда Кокордии, но работал исправно до сих пор.
Конечно, этого было мало. Предложение нейта Орринея по расширению портальной сети подвернулось очень вовремя. Это поспособствует развитию графства Готар и принесет доход как нам, так и Орринею.
Регулировали процесс перемещения и отправляли путешественников служители — мужчины в темно-фиолетовой форме и головных уборах, напоминающих фуражки. Они же брали деньги с желающих совершить переход. Но для нас, как членов графской семьи, путешествие вышло бесплатным.
Чего лукавить, я боялась проходить через каменную арку, затянутую светящейся пленкой магии. Я зажмурилась и, задержав дыхание, нырнула в неизвестность.
Казалось, будто меня затянуло в воронку. Тело растворилось, остался только разум. А потом я снова оказалась на твердой земле, озирающаяся по сторонам с бешено колотящимся сердцем.
По ту сторону портала так же встречали служители, а еще вооруженные до зубов рыцари. Случалось, что порталом в чужой дом проникали враги, поэтому каждого путника тщательно проверяли. Но к нам придираться не стали, ведь пригласила нас сама герцогиня.
Высоких гостей встречали и отвозили в замок нарядные экипажи. Мы заняли один из них и покатились по ровной, проложенной на совесть дороге.
— Давно я здесь не была, — вздохнула Коко и обмахнулась веером.
Она была одета в платье глубокого винного оттенка, которое нейра Латисса лишь слегка обновила. Никто не смог бы сказать, что оно уже старое и немодное.
— И еще столько же лет нога моя здесь бы не ступала, если бы не клятое приглашение, — продолжила ворчать графиня. — Но проигнорировать его — нанести оскорбление.
— Не понимаю, что вы так переживаете? — я устроилась поудобнее и выглянула в окно, чтобы полюбоваться зеленым пейзажем.
Я тоже волновалась. Самую капельку. Но хоть кто-то из нас троих должен сохранять невозмутимый вид?
— Дафина, ты вообще красавица всем на зависть. Расслабься и наслаждайся вечером.
Мы с сестрой красовались в новеньких и прекрасных платьях от швеи-волшебницы. Только украшений под стать нарядам не нашлось, все ценное распродали еще при отце и старшем брате Олетты.
Но и тут нашелся оригинальный выход.
Дело в том, что молодым незамужним девушкам считалось неприличным и неуместным обряжаться в роскошные платья и золото-брильянты одновременно, даже если они магички. Во всем должна быть мера.
И тогда я предложила украсить наши волосы живыми цветами. Дафине эта идея пришлась по душе. Она зачаровала нежную белую розу и воткнула ее в прическу на манер шпильки.
А для меня постарался… Кто бы вы думали? Любимый племянничек.
Замир сплел венок из редких карликовых лилий, которые, как говорил мальчишка, растут только в его коллекции.
— Если снимешь, я обижусь, — с этими словами он опустил мне на голову венок.
— Пресветлая матерь! — воскликнула сестра, увидев мой новый аксессуар для волос. — Они же крайне ядовиты!
В ответ хулиган только пожал плечами.
— Ну тетя Олетта ведь не собирается их жевать.
Люблю своих родственников!
