Холодный пот выступил на лбу разведчика. Не об этом он мечтал всю свою жизнь. Не об этом твердил ему и тесть, дивизионный генерал Кольгоф.
«Но что же мне делать? – пульсировала в мозгу единственная мысль. – Что же предпринять?» – Ведь не мог же он сейчас, имея на руках такие важные для отечества бумаги, на приобретение которых ушло, наверное, немало времени и денег, уничтожить их. Конечно, тогда он может спокойно возвратиться в свой фатерланд, но будет иметь в лице адмирала фон Тирпица заклятого врага, который сделает все, чтобы сломать его карьеру. И в этом случае его ждет неминуемая катастрофа. Все мечты, желания и чаяния окажутся просто несбыточными. А этого он себе позволить не мог. Николаи еще и еще раз проанализировал все известные ему тайные способы переправки разведывательных сведений через границу, но ни один из них не предполагал доставку сложных чертежей. И когда он уже было отчаялся что-то найти, в голову пришла прекрасная идея сфотографировать чертежи на пленку и попытаться провезти их в своем фотоаппарате. Благо, что накануне отъезда в Кёнигсберг в одном из берлинских фотоателье, работавших на разведку, он прошел ускоренный курс подготовки фотографов.
«Даже если жандармы решат вытащить из фотоаппарата пленку, – думал он, – они ее попросту засветят, и тогда уже никто и никогда не сможет обвинить меня в шпионстве».
Подлинники Николаи решил оставить у своего доверенного лица, представителя компании Сименс-Шуккерт в России, тесно сотрудничающей с германской разведкой. Через него капитан приобрел и подержанный фотоаппарат «Кодак» с достаточным запасом пленки, большую часть из которой он потратил на фотографирование достопримечательностей Санкт-Петербурга.
Наполовину выполнив поручение адмирала фон Тирпица, Николаи сосредоточил все свое внимание на Путиловском заводе, где, как он знал, полным ходом шло производство опытных образцов броневиков и самоходных артиллерийских орудий. Если в прошлый приезд в Россию его беспрепятственно пропустили в мастерские, где шла сборка артиллерийских систем, то теперь без разрешения администрации завода туда никого не пускали. Разведчик решил следовать принципам, почерпнутым у главного шпиона Бисмарка – Штюбера, который поучал своих сотрудников: «Если нет прямого пути для достижения главной цели, ни на кого не оглядываясь иди в обход и любыми, самыми аморальными средствами добивайся победы. Победителей не судят!»
Через некоего Александра Альтшиллера, владельца Южнорусского машиностроительного завода, Николаи решил попытаться выйти на российских производителей оружия и боевой техники. Альтшиллер-коммерсант был человеком важным и влиятельным в коммерческих кругах России до такой степени, что правительство кайзера Франца-Иосифа назначило его почетным консулом Австро-Венгрии. На этом поприще он, решая в большей мере свои коммерческие вопросы, частенько разъезжал по европейским столицам и был частым гостем сильных мира сего. Год назад, когда Альтшиллер остановился в одной из фешенебельных гостиниц Берлина, его как знатока России пригласили для беседы в русский отдел германской разведки, где капитан Николаи и познакомился с ним. Альтшиллер благодаря своим обширным связям не только с крупными российскими предпринимателями, но и с представителями российского военного ведомства мог быть полезным для разведки человеком. Прощаясь с коммерсантом, Николаи по секрету сообщил о том, что кайзер намерен поощрять тех, кто оказывает услуги военной разведке, не только морально, но и материально, и что таким людям будет позволено иметь двойное гражданство.
Принимая офицера германского Генерального штаба в своем петербургском доме, Альтшиллер старался роскошью своих апартаментов, обильным столом и вышколенными слугами ослепить гостя. И это у него отлично получилось. Такой богато обставленный дом Николаи видел только у своего тестя генерала Кольгофа.
– Как прекрасно вы здесь устроились, – польстил он хозяину.
– Стараюсь в меру своих сил и возможностей, – скромно промолвил Альтшиллер, – только вот благодарности от вашего ведомства я так и не дождался, – сухо добавил он. – Насколько я помню, вы намекали мне на финансовую помощь. Но, как говорят русские: «Воз и ныне там». И вот наконец-то вы обо мне вспомнили…
– Но вы же прекрасно знаете, что Германия находится в окружении враждебных государств и очень нуждается в помощи своих соотечественников…
– Меня не надо агитировать, господин капитан. Я прекрасно понимаю, что для осуществления величайшей пангерманской миссии, которая разрушит преграды, разделяющие великий немецкий народ и даст немцам право на мировое господство, необходимы не только наши деньги, но и наши головы! Я готов, приказывайте…
