Старец поднес плошку светильника ближе к его лицу. В выцветших от времени глазах старца он прочитал сосредоточенность, шевелились губы...
— Признал, — сказал он. — Ты поможешь нам выбраться из города?
— Идите за мной без тревоги, — уверенно ответил Судских. — Я послан помочь вам спасти древние книги...
Пришедшие и старец не заставили себя ждать дольше. Из-под ларей они добыли что-то, завернутое в домотканину, пропустили Судских вперед и вышли следом. Женщина с ребенком прикрыла дверцу, поцеловав наскоро ее косяк, по ведическим законам выставив ладонь, она убыстрила шаг за остальными.
Судских спешил, влекомый вперед неведомой уверенностью. Кривая улочка вывела его к мощенной камнем широкой дороге под уклон, ведущей прямо к прибрежным строениям в гавани. Только теперь путники почувствовали себя увереннее. Дважды их пытались остановить солдаты, но признавали в нем Лисимаха и отпускали, глумливо улыбаясь.
— А кто он, этот Лисимах? — спросил на ходу у старца Судских, стараясь идти рядом.
— Как тебе сказать, добрый проводник, — не сразу ответил старец. — Перебежчик. Лисимах был арием, жил в аркадской общине. Однажды украл общинные деньги, за что обязан был понести наказание по собственному выбору: прыгнуть со скалы в море или отрубить себе кисть правой руки. Лисимах отказался от веры, убежал к христианам и стал ярым приверженцем веры христовой, подстрекая людей убивать ариев. До этого мы ладили... Савл ведь тоже не по доброте своей принял христианство, как убеждают в том апостолы новой церкви. Ему посулили большие деньги, если он уведет общину из Вифании, спасет от притеснений. Савл хорошо знал окрестности, знал, где расположены римские караулы. Он согласился. На привале его очаровала молоденькая иудейка лет тринадцати от роду. Савл был с нею, и поутру отец соблазнительницы сказал ему: оставайся с нами, тебе будет лучше. Савл согласился, принял по крещению имя Павла и быстро выдвинулся в первоапостольные. Так и наш Лисимах...
За рассказом пришли в порт. Еще издали Судских различил косую рею среди мачт других кораблей и безошибочно признал славянскую ладью. Не сбавляя шага, он направился к ней.
На ладье готовились отплывать.
— Эй! — крикнул Судских. — Ждите!
Крик услышали, с удивлением разглядывая идущих.
