— Пять минут на вызов, Святослав Павлович. Генерал Лемтюгов рыбачил, — терпеливо ответил Скупин чужаку —• из-за пяти минут шум поднимает, новая метла начала место по-новому. о,
Бехтеренко раскладывал задержку по-своему: со мной можно быть снисходительным, пока не знаешь, что в любую мицуту есть шанс взлететь на воздух, прямо в атомный гриб. В снисходительном тоне он спросил Скупина:
— Артур Владиленович^ а вам не хочется закончить жизнь под раскаленными обломками?
— В каком смысле? — естественно спросил Скупин.
— В прямом, Лемтюгов здесь не появился, а центр Москвы в любой момент может взлететь. Даю гарантию на сто процентов. Зайдите.
— Вы так неожиданно, — стушевался Скупин. — Иду...
— Я новый здесь человек, Артур Владиленович, продолжал Бехтеренко. — На это было рассчитано, И если вы здравомыслящий человек, примите сообщение к действию. Сейчас в подземных ходах Москвы идет бой с возможным выходом в метро. Подземелье минировано атомными зарядами, обычные мы обезвредили. Поэтому отзовите свои группы. Лемтюгова арестовать, задержать Воливача, где бы он ни находился. Действуйте.
— Немедленно! — осознал опасность Скупин.
Бехтеренко нашел первого союзника, и тот расстарался.
Жизнь закипела, и Бехтеренко оказался в центре событий.
Первым перешагнул полосу отчуждения зам Воливача по
оперативной работе генерал Вощанов. Он пришел со своими картами и сразу заверил, что их людей в подземелье нет. У него было на две звезды больше, чем у Бехтеренко, и Вощанов разложил карты на столе Бехтеренко по-свойски:
— Вот, Святослав Павлович, наши закрома, о которых сам президент не ведает. Прошу незамедлительно дать распоряжение нашим спецгруппам сразу включиться в операцию. Ваши; всех ходов-выходов не знают. Лишние потери не нужны.
— Согласен. Но как они узнают друг друга в темноте?
Очень просто, — спокойно уверил Вощанов. — Мы будем работать в своих ходах, не соприкасаясь с вашими ребятами.
Сличили карты. Действительно, некоторые ходы не значились на карте Гуртового. Кто же кого опережал?
— В личном подчинении Лемтюгова находилось особое подразделение до двухсот человек. Уверен, это они орудуют внизу. Мы меж собой называли его «волчьей когортой», — пояснил Вощанов.
— Действуйте немедленно! — отпустил генерала Бехтеренко.
Его не упрекнули в изначальной отчужденности: там, где подсчитываются секунды, отдых на море не планируют.
