— Святослав Павлович, у нас это немного по-другому делается. Разрешите зайти?
— Зайдите, — недовольно буркнул Бехтеренко.
Адъютант появился немедленно.
— Главные заместители председателя и начальники управлений, находясь и отпуске или поездке, обязаны немедленно прибыть в штаб -квартиру по сигналу «два» голосом или факсом. Любая необоснованная задержка наказывается в должностном порядке, вплоть до поенною трибунала. Гак установил Воливич. Простите, но этот порядок не отменен. Сигнал дает ваш помощник генерал Скупип. В ею ведении сопровождение и охрана важных персон.
— Где он? — не считал нужным пениться Бехтеренко.
— В своем кабинете, рядом, ждет вашего вызова.
Теперь значение именованных кнопок на интеркоме стало понятным. С кого-то надо начинать.
Скупин явился мгновенно.
— Знакомиться детально будем потом, — поднялся ему навстречу Бехтеренко, пожал руку. — А сейчас доставьте Лемтюгова. Где он?
— В Москве, — уверенно ответил Скупин. — Через полчаса будет.
— Вы так уверены? — Скупин подтвердил. — Тогда жду, — недоверчиво поглядел на генеральские погоны Скупила Бехтеренко.
По мобильнику он вызвал Зверева. Связь бездействовала. Значит, Михаил уже внизу. Бехтеренко связался с оперативным штабом спецгрупп. Вопрос один: что нового?
— Не гладко, Святослав Павлович. В трех точках вооруженное сопротивление. В точках 3,7,9.
«Черт возьми! Точки серии А!»
— Усилить группы поддержкой, применяйте газ, огнеметы, гранатометы ни в коем случае!
Все разминирование спецгруппы УСИ закончили до вмешательства людей Воливача, но главные взял на себя Судских. Успел ли он? Теперь его исчезновение напрямую связывалось с первой буквой алфавита, и первый день появления Бехтеренко на Олимпе разведок государства мог оказаться последним на вулкане. Исчез Судских скоропалительно, сменился шеф разведок неожиданно, в этом здании у него союзников нет и даже личного оружия нет.
«Черт возьми! — снова чертыхнулся Бехтеренко. — Да я обычный заложник!»
Не изменившись в лице, он нажал кнопку с надписью «Скупин»:
— Как там Лемтюгов?
— Все в порядке, Святослав Павлович. Его машина вышла десять минут назад, езды по коридору пятнадцать, через двадцать будет на Лубянке, — доложил Скупин.
Бехтеренко разобрался с арифметикой Скупина:
— Это не тридцать, а тридцать пять минут.
