422 По показаниям Башкина, «злое учение» он «принял от литвы Матюшки Обтекаря да Ондрюшкы Хотеева Латынинов» (ПСРЛ. Т. ХIII. С. 232–233).
423 Трудно предположить, чтобы кн. Е. Старицкая не была осведомлена о «вольнодумстве» своих братьев и придворных Борисовых. Известно, что Ефросинья охотно покровительствовала иноземцам, что двое ближних ее боярынь были немками, что немки эти последовали за ней в ссылку, а позже были казнены опричниками.
424 Башкин изложил Симеону некоторые свои взгляды и пригласил «почасту» посещать его кружок: «Вам, отцем, пригоже посещати нас почасту и о всем наказывати, как нам самим жити и людей у собя держати, не томити». По вопросу об отношении к «людям» (холопам) Башкин заявил Симеону следующее: «я, де, благодарю бога моего, у меня, де, что было кабал полных, то де есми все изодрал, да, держу, де, государь, своих доброволно» (см. ААЭ. Т. I, № 238, IV).
Осуждение рабства роднило воззрения Башкина и Сильвестра. Подобно другим просвещенным церковникам, Сильвестр осуждал рабство. Сыну он наказывал не держать холопов, ссылаясь на свой пример: «работных своих всех свободих и наделих; и ины окупих из работы (кабальных? –
425 В некоторых своих показаниях Симеон говорит больше, чем хотел бы Сильвестр. Когда Башкин стал «развратно» толковать Апостол, поп «ему молвил: «И яз и сам того не видал, чего ты спрашиваешь». И он молвил: «Спроси деи у Селивестра, и он тебе скажет» (Московские соборы на еретиков XVI в. Чтения ОИДР, 1847, № 3, отд. II. С. 187).
426 ПСРЛ. Т. XIII. С. 174.
427 См.
428 Описи царского архива. С. 44.
429 В ц арском архиве хранилось обширное «дело Ивана Тимофеевича Борисова, сыск о побеге его с Валаамского монастыря в Свейскую землю» (Опись царского архива. С. 44).
430 АЭЭ. Т. 1, № 239; РИБ. Т. XXXI. С. 337;
431 «Розыск или список о богохульных строках и о сумнении святых честных икон диака Ивана Михайлова сына Висковатого в лето 7062» // Чтения ОИДР, 1858, кн. 2, отд. III. С. 32.
432 См.
Ревнитель православия Висковатый первым забил тревогу по поводу ереси, свившей себе гнездо в Кремле. Он осудил еретиков задолго до суда и «з Башкиным брань воздвигл, слыша от него нов хуления глагол на непорочную… веру христианскую» (см. Чтения ОИДР, 1858, кн. 2, отд. III. С. 9–10). Как ученейший богослов и поборник благочестия Висковатый был известен далеко за пределами Руси (см. обращения к нему православного литовского магната О. Воловича // Сб. РИО. т. 59. стр. 550–551, 622–623).
Висковатый отвергал нововведения попа Сильвестра как уступку «люторам» и в то же время требовал изменения некоторых православных обрядов в ортодоксальном духе. При поддержке ближайшего родственника Захарьиных боярина И.В. Большого Шереметева Висковатый первый не стал «за кресты ходити» (см. Послания Ивана Грозного. С. 176).
433 На соборе митрополит разразился угрозами против Висковатого. «Стал еси на еретики, – заявил он, обращаясь к дьяку, – а ныне говоришь и мудрствуешь не гораздо о святых иконах, не попадися и сам в еретики» (см. Чтения ОИДР, 1847, кн. 3. С. 8).
14 января 1554 г. священный собор наложил эпитимию на царского дьяка, наказав ему «ведать свой чин» и не воображать себя «головой», будучи «ногой» (см. ААЭ. Т. I, № 238).
434 Союз между кружком Сильвестра и осифлянами обернулся в конечном счете против Захарьиных. Курбский подробно описывает, как Сильвестр отгоняет от царя «ласкателей» (Захарьиных?) и «подвижет на то и присовокупляет себе в помощь архиерея онаго великого града» Москвы, иначе говоря, митрополита Макария (см.
435 Боярин С.В. Ростовский заявил, что после выздоровления царя со «страху с того времени учял мыслити в Литву» (см. ПСРЛ. Т. XIII. С. 238).
436 Свидание состоялось между 22 августа и 14 сентября 1553 г. (см. Сб. РИО. Т. 59. С. 385, 407). Как передает Шлихтинг, посол Довойна «воевода полоцкий обещал ему (Ростовскому. –
437 ПСРЛ. Т. XIII. С. 237. Русский гонец в Литве заявил, что Ростовский «малоумством шатался и со всякими иноземцы говорил непригожие речи про государя и про землю, и чем бы государю досадити» (Сб. РИО. Т. 59. С. 453).
438 На допросе князь Никита сознался, что был послан за рубеж своим отцом боярином Ростовским известить «про себя, что он к королю идет, а с ним братиа его и племянники» (см. ПСРЛ. Т. XIII. С. 237–238). Самыми видными из беглецов были лица, вошедшие в «тысячу лучших слуг»: кн. А.И. Катырев (II статья), кн. И.Б. и Н.Б. Лобановы (III статья), дворяне кн. В.В. Волк-Приимков и, возможно, «братия» Катырева князья Хохолковы (о них см. ТКТД. С. 57, 61, 120).