– Но вы – символ, – упрямо сказала Со, пытаясь сесть. – Особенно сейчас, особенно вы лично.
– Госпожа канцлер…
Со протянула руку и схватила его ладонь:
– Стеллан, пожалуйста. Я видела вас по Голосети после взрыва. Все видели. Как вы меня держали, когда… – Ее голос пресекся. – Когда казалось, что слишком поздно. Вся Галактика видела сочувствие в ваших глазах. Видела решимость. Это не было лицо генерала или политика. Это было лицо человека, который лучше тех, кто хочет нам зла. Человека, который нас защитит. Человека, который будет справедлив. Сейчас нам как никогда нужны джедаи. Нам нужен свет.
Стеллан чувствовал на себе взгляды всех присутствующих. Ризы. Рил. Бака и Элзара. Лина Со не понимала, о чем просит. Ведь было так много тех, кто лучше подходил для этого дела. Эйвар. Большинство членов Совета. Йода! Если кто-то вообще знал, где он находится. Стеллан был тогда застигнут врасплох, как и все прочие. И какую цену он заплатил? Да, он был ранен, даже унижен в поединке с одной-единственной тви’лекой. Стеллан так гордился своим фехтовальным мастерством, когда демонстрировал его на камеру на борту «Зари Корусанта». Но как быть с миллионами тех, кто не пережил атаку нигилов, кто лишился жизни на Вало, кто сейчас горевал и жил в страхе, все время глядя на небо и боясь внезапного появления боевой тучи? Сможет ли он стать для них символом? Да и стоит ли пытаться?
– Мастер Джиос? – сказала Со, глядя на него в ожидании ответа, который Стеллан затруднялся дать.
К счастью, и не пришлось – во всяком случае, пока что. Планшет Лэрепа Ризы пискнул, и вице-канцлер с тревогой повернулся к начальнице.
– Лэреп?
– Это Шили, госпожа канцлер. Защищенный канал.
– Тогрутские военные?
Каллерец пробежал пальцами по планшету, проверяя поток данных:
– Насколько я могу сказать, нет. Похоже, это двор королевы.
Со уселась прямо и расправила свой больничный халат.
– Мисс Дайро, вы бы не могли остановить запись?
Журналистка кивнула:
– Конечно. Нам выйти?
– Думаю, вы как никто заслужили право присутствовать при этом разговоре. Спасибо, Лэреп.
Риза нажал на кнопку, и на стене возникла голограмма крупным планом. Лицо Иларек Йовет находилось близко к камере.
– Регаса, – с легким кивком поздоровалась Со.
– Рада видеть, что вы пришли в сознание, канцлер, – ответила тогрута. – Должна признать, мы опасались худшего.
– Иларек, мне так жаль…
Верховная охотница покачала головой:
– Вы не виноваты, Лина. Ни в чем.
– Вы были моей гостьей.
– И прилетела добровольно, вопреки опасениям моего совета безопасности. Я, например, рада, что была там.
– Не думаю, что капитан Марамис с вами согласится, регаса, – сказал Стеллан.
– Отнюдь, лорд-джедай. Капитан Марамис поет вам дифирамбы с момента отбытия с Вало. И я тоже. – Она снова перевела взгляд на Со. – Что до Лины Со, канцлера Галактической Республики… Наши вожди спрятались бы при первых признаках опасности, но не вы. Вы защищали своих граждан, своими руками вытаскивали их из-под обломков, когда потребовалось, снова и снова заверяли их, что все будет хорошо.
– И вы тоже, регаса.
– Поэтому мы с вами родственные души, как и капитан Марамис с мастером Джиосом. Вы защищаете тех, кто в беде, и плачете о тех, кого не можете спасти. Вы – дух Республики, и таким же духом наделен мой народ.
Со подалась вперед на своей постели:
– Что вы хотите сказать, регаса?
– Я хочу сказать, что трусливая атака нигилов продемонстрировала нам, что изоляция – это не выход. Мы можем быть сильными только вместе.
– Вы говорите об альянсе?
– Поначалу – да. Возможно, со временем это перерастет во что-то большее. Будет нелегко. В моем правительстве многие не согласны со мной, но они послушают. Я их королева, и я не стану больше молчать.
На этот счет Стеллан не сомневался. Возможно, очередное из Великих Свершений канцлера уже начало осуществляться. Возможно, надежда таки оставалась.
– А пока, – продолжила регаса, – в качестве жеста доброй воли я пересылаю вам пакет данных, содержащий информацию, которую перехватила моя разведка. Это шифровки из сети связи нигилов.
– Из их сети? – недоверчиво переспросил Риза.
– Были те, кто не хотел, чтобы вы получили эти данные, предпочитая использовать их ради нашей собственной выгоды, но я не вижу никакой выгоды в утаивании информации от союзников. Ибо мы с вами союзники, канцлер. В этом даю вам слово.
Планшет Ризы бибикнул.
– Пакет пришел.
Голограмма Иларек Йовет улыбнулась:
– Отлично. Мы еще поговорим, Лина Со, хотят того наши правительства или нет.
– Сенат с радостью примет вашу дружбу, – ответила канцлер. – Переговоры смогут начаться, как только вы будете готовы.
– Мы уже готовы. Мои министры просто еще этого не знают. За дух единства, канцлер.
– За дух единства, – повторила Со, и голограмма погасла.
Не теряя времени, канцлер повернулась к Ризе:
– Пускай разведка проанализирует эти данные и немедленно доложит.
Каллерец уже шагал к выходу:
– Сейчас же, госпожа канцлер.
Дверь открылась, и Со увидела, что в приемной дожидается ее сын в сопровождении Джома Лариина. В ее глазах нельзя было не заметить слез.
