Белл вошел вместе с Индирой и Энглом, и его тут же обступили другие ветераны Хетцаля – Ниб, Буррияга и Миккел, – которые возбужденно загалдели, приветствуя молодого человека. Бурри, похоже, подумывал заключить Белла в дружеские объятия, что грозило тому сломанными костями. Все это время зольная борзая послушно сидела у ног Белла, глядя на гостей и то и дело посматривая на своего хозяина, будто проверяя, в порядке ли он. Но был ли он в порядке? Парень улыбался, однако улыбка эта была усталой, даже вымученной. Стеллан мог только посочувствовать. Уже полчаса он был поглощен увлекательной беседой на тему особенностей удаления сажи с представителем Арденнианской гильдии техников. Точнее, «поглощен» – это было понятие относительное. Стеллан лишь улыбался и в подходящие моменты вставлял одобрительные замечания. Так что теперь выдался случай одновременно сбежать и тоже убедиться, что падаван оправился после пережитого над Сайклором.
– А вы уже осмотрели экспозицию, господин Ритар?
Арденнианин покачал головой, спеша вернуть разговор в русло обсуждения ремонта кораблей.
– О, вам нужно обязательно все увидеть, – быстро сказал Стеллан, встретившись взглядом с архивариусом ОрбаЛином (точнее, посмотрев на его атмосферный шлем). – Там собраны сокровища из всех главных коллекций Ордена. Очень впечатляет. – К счастью, ОрбаЛин намек понял и зашагал к ним. Его движения были плавными в той мере, насколько можно было ожидать от непрерывно движущегося студня, заключенного в гуманоидный скафандр.
– Господин архивариус, – сказал Стеллан. – Может, вы составите компанию господину Ритару и покажете ему «Тайны джедаев»? Думаю, его особенно заинтересует кассадреанская матрица.
– Конечно, мастер Джиос, – пробулькал ОрбаЛин: вокодер преобразовывал движения слизи внутри костюма в слова. – С большим удовольствием.
Избавившись от собеседника, Стеллан терпеливо дождался, когда ОрбаЛин выведет своего подопечного через богато украшенные двери, за которыми начиналась экспозиция. Увидев, что берег чист, он двинулся к Беллу и остальным, хотя через каждые несколько шагов его останавливали разные делегаты, желавшие завести знакомство с членом Совета. Каждый раз Стеллан вежливо извинялся, стараясь никого не обидеть, но твердо намереваясь добраться до группы джедаев раньше, чем те растворятся в толпе.
– Мастер Джиос, – воскликнула Индира, когда он наконец подошел ближе, – рада тебя видеть.
– Взаимно, джедай Стокс. Я рад, что Сила благополучно провела вас через эти испытания.
– Некоторых более благополучно, чем других, – проворчал Портер Энгл. – Я уже думал, что юный Зеттифар отправится следом за Лоденом.
Откровенный комментарий Энгла заставил Бурриягу испуганно мяукнуть, а остальные джедаи шокированно переглянулись.
– Вот почему, Энгл, тебя никогда не возьмут в Совет, – укорила его Ниб Ассек. – Надеюсь, твоя уха из когтистой рыбы будет получше твоих манер.
Энгл, насупившись, посмотрел на женщину, всем своим видом демонстрируя непонимание.
К счастью, Белл поднял руку, показывая, что ничего страшного не произошло.
– Мастер Энгл прав. Я еле жив остался. – Стеллан позволил себе снова выдохнуть. В неуклюжем замечании Энгла не было враждебности, а его бестактность была такой же легендарной, как мастерство фехтовальщика. Белл, однако, воспринял все философски, хотя боль, пронзившая сердце парня, была практически осязаемой. – Если бы не Индира и современное появление дрифта мастера Энгла, меня бы здесь не было.
Вежливый и дипломатичный. Стеллан понял, что юный Зеттифар ему по душе.
– Не хочешь осмотреть экспозицию? – спросил он. Это неожиданное приглашение заставило Белла приподнять брови:
– Эм… да… да, конечно. – Падаван повернулся к остальным джедаям. – Пойдете со мной?
Энгл, судя по виду, готов был согласиться, но вмешалась Индира:
– Нет, нам надо обсудить завтрашнее выступление. Но ты иди.
Стеллан поблагодарил наставницу Белла и повел Зеттифара через толпу.
– Там гостей будет поменьше.
– Рад слышать. – Белл посмотрел вниз, желая убедиться, что зольная борзая по-прежнему держится у ног. – Я никогда раньше не видел столько народа… по крайней мере, в таком ограниченном пространстве.
– Да, это может ошеломить, особенно после пребывания в бакта-камере. Любопытно услышать твое мнение. Когда я был падаваном, мастер Кант заставляла нас медитировать в поле сенсорной депривации, чтобы мы могли по-настоящему слиться с Силой. Полагаю, там были похожие ощущения.
На лицо Белла набежала тень:
– Пожалуй, я предпочел бы поле.
Вот, снова. Печаль, которую Стеллан уловил в момент прибытия Белла. Он был далеко не таким чутким, как Буррияга, но не мог не распознать эмоцию.
Стеллан посторонился, чтобы Белл мог подняться по ступенькам, ведущим к дверям экспозиции. Те послушно раскрылись: служитель, регулировавший проход, едва ли осмелился бы остановить члена Совета. Стеллан почувствовал, как Белл расслабился. Плечи падавана слегка опустились. Белл сделал глубокий вдох, заметив спираль из розовых цветов, которые грациозно кружились в репульсорном поле.
– А это?..
