Дивврач пролистал расписки и нахмурился, но промолчал. Потом их стал изучать майор, записывая что-то в блокнот. А мне хозяин кабинета дал письменные принадлежности, и я начал составлять рапорт о наших действиях. Писал я только о том, что касалось эвакуации медиков и раненых, остальное не их дело. Пока я писал, дивврач брал очередной исписанный мною листок, читал и убирал в папку. Когда я закончил, он, дочитав, передал мой рапорт майору для ознакомления, а сам подошёл к телефону, стоявшему на столе главврача госпиталя, и начал вызывать Москву, а потом и Генштаб. Видимо, все коды и разрешения он имел, потому как соединили его быстро.
– Товарищ маршал, доброго дня. Да, всё подтвердилось. Пятьдесят шесть тысяч раненых и почти три тысячи медперсонала. Ожидаются в ближайшие трое суток, на сегодняшний день нам передали восемь тысяч раненых и четыреста медиков. Идёт работа, первые пять санитарных эшелонов уже ушли на Москву, ожидаем прибытия других эшелонов для дальнейшего вывоза ранбольных… Не отвлекая остальные эшелоны, возможно задействовать одиннадцать. Ещё шесть в пути… Нет, товарищ маршал, этого в рапортах нет, хотя устно сообщалось о боевых частях… Да, товарищ маршал, техник-интендант Гусаров находится в кабинете… Хорошо.
Повернувшись ко мне, дивврач протянул трубку. Сам маршал Шапошников. Взяв трубку, я приложил динамик к уху и сказал:
– У телефона.
– Здравствуйте, товарищ Гусаров. Снова вы всех удивили. Санитарное управление в это даже поверить не может. Столько ценных специалистов спасено и вывезено.
– Здравствуйте, товарищ Шапошников. Я лично не вижу ничего удивительного. На территории котла действовало множество групп осназа, занимавшихся эвакуацией, я был лишь представителем и переговорщиком. Чтобы я мог везде успевать, меня перевозили на небольшом трофейном самолёте «Шторьх».
– Как мне сообщили, вывезли вы не только раненых, хотя их цифры поражают. Сложно поверить, что такое возможно.
– Да, были также эвакуированы стрелковый полк и танковый батальон, вернее, то, что от него осталось: пять машин плюс четыре, которые мы им подарили. Артиллерийская противотанковая батарея полного штата и две роты НКВД. Также были эвакуированы восемнадцать санитарных обозов. Это всё.
– Объёмы поражают, но меня также интересует вооружение, танки и самолёты. Я сомневаюсь, что, побывав на территории котла, ваши отряды всё это не вывезли. Как говорят мои аналитики, это не в ваших правилах. Или они не правы?
– Правы. Только объём ранбольных был такой, что на вывоз материальных ценностей сил уже практически не хватало, вывезли мизер. Точнее, начали вывозить. Группы работают в районе Киева. Немцы сами собирают всё в одном месте, а наши уничтожают охрану и вывозят. Те группы, которые доставят остальных ранбольных, тоже будут туда направлены. Думаю, вывезут они если не всё, то многое.
– Ясно. Сколько они уже вывезли?
– Я с ходу сказать не могу, но примерно на одну стрелковую дивизию вооружения, артиллерийский полк, танковый батальон и две-три эскадрильи. Но это примерные данные, я больше на глазок взял.
– Надеюсь, ваш глаз вас не подведёт. Под Москвой начато спешное формирование двух дивизий народного ополчения и нескольких отдельных полков, а вооружения нет: ни личного, ни тяжёлого – все запасы закончились. Даже времён Первой мировой и Русско-японской склады вскрываем, но там хлам, слишком много времени на ремонт уйдёт, да и боеприпасов не так много, как хотелось бы. Вы сможете чем-то помочь своей стране?
– А при чём тут страна, товарищ маршал? Ей я уже более чем помог. Если хотите, чтобы я вам помог, то это не проблема. Каналы доставки вооружения и техники в Москву отработаны. За пару дней всё доставят, и можно будет передать. Я больше скажу: так и раненых перевезти можно, это будет проще. Сможет принять санитарное управление больше сорока тысяч раненых разом?
– Я вам так скажу: никто не сможет, но будут приложены все силы. За вами будет выслан самолёт, сразу же вылетайте в Москву. Жду вас у себя.
– Хорошо, товарищ маршал.
– Сейчас передайте трубку дивврачу Соболеву.
– Вас, – протянул я трубку дивврачу.
Пока тот выслушивал распоряжения, я отошёл к майору и сообщил:
– Меня в Москву направляют, а часть ранбольных парни уже сюда доставили, да и ваших бойцов тоже. Под городом ожидают передачи восемнадцать санитарных обозов и ваши ребята. Думаю, до прибытия самолёта успею вам их передать, как считаете?
– Согласен, – ответил майор.
Дивврач, уже закончивший беседу, подошёл, выслушал и тоже кивнул, приказав мне заняться этим немедленно. Козырнув, я покинул кабинет. То, что встречаться с боевыми интендантами я предпочитал без свидетелей, все уже знали, так что сопровождения не было.
Я заскочил на кухню, там меня накормили овсяной кашей и несладким чаем. После дошёл до своей машины, завёл со второго раза: никто ею не занимался, замёрзла, температура была минус пять, не меньше. Сел в кабину и стал выезжать из дворика. Бензина полбака, хватит, а нет, так заправлю.
