Может, Виталик просто ошибся? И все приведенные им примеры не более, чем обычное совпадение? Так же тоже может быть, не в состоянии природа терпеть столь вопиющей несправедливости! Общая справедливость должна, просто обязана существовать!
Иначе какой смысл во всём этом мире? Или мирах…
Я вспомнил первые дни своего пребывания в Королевстве Долгоживущих. Почему-то сначала я попал не туда, где находился сейчас – в мирные (как тогда думалось) земли центральных владений. Нет, я проснулся в месте куда более худшем и страшном: Серебряные Горы, территория самих Злых Баронов. И воспоминаний, полученных за проведенные там недели, мне хватит на всю оставшуюся жизнь.
Вампиры боятся серебра – собственно, это единственное, что им по-настоящему опасно. Они быстрей человека, сильней – и, если у последнего только обычная сталь, то единственное, что ему остаётся, это разрубить кровососа на мелкие кусочки. Убить не убьешь, но обезвредишь точно. (честно говоря, я понятия не имел, что будет дальше делать разделанный на антрекоты упырь, но это к нашей теме уже не относится). Так вот. Получается, что одному достаточно ткнуть разок мечом, второму же – человеку – нужно буквально изрубить оппонента на части. А если вампир в броне и с хорошим таким, окованным медью щитом? Как говорилось, ирры сильны – и потому запросто бьются в сплошном доспехе почти двухпудовой тяжести. Поди попробуй разрубить такой с ходу…
Но всё меняется, если в ваш меч вплавлено серебро. Можно сказать, что шансы почти уравниваются – для кровососа раны такого клинка равносильны ранам от стали у человека. Конечно, на стороне Долгоживущих остаётся их сила и скорость, но… Ударь один раз куда надо – и всё. Труп.
А самое смешное заключается в том, что, несмотря на всё сказанное, вампиры вынуждены добывать серебро в собственном Королевстве. Да-да, именно так. Вынуждены. Ирония судьбы: не боящиеся ничего кроме этого несчастного металла, они в тоже самое время не могут полностью без него обходиться. Почему? Причины две. Первая – и самая главная – на использовании серебра каким-то образом построена вся магия Ночи. Вся! Все боевые заклятия, используемые в поле против Ведьм, все колдовские системы, помогающие переносить свет и жар Солнца… Всё, абсолютно всё. Ведущим магам ирров постоянно требуется новое серебро, они зависимы от него, словно наркоман от своей дозы. Даже простенькое волшебство надзора, налагаемое на идущего в разведку воина, не обойдется без крошечного кусочка этого тускло светящегося металла…
Вторая причина несколько прозаичней – хотя, безусловно, тоже важна. Это разборки друг с другом. Дуэли благородных ирров бывают очень разные, зачастую рубятся действительно насмерть – используя те самые, с вплавленным серебром, мечи. Да и не только в дуэлях дело. Вампиры, они ж только против людей едины (ну и Ведьм, конечно). А так посчитайте, сколько на материке упыриных государств? А отдельных графств? Войны редки, но ведь случаются, как ни крути. И гражданские войны случаются тоже. Равно как и государственные перевороты, и просто драки, перерастающие в кровавое братоубийство…
Вот и выходит, что вынуждены господа вампиры производство серебра поддерживать – чтобы против Ведьм сдюжить, но и себе на погибель. И ни прекратить, ни остановить этот процесс они уже не могли – глазом моргнуть не успеешь, как соседи сожрут.
В Королевстве Ледяных Владык главным прииском столь неоднозначного металла являлись шахты Злых Баронов, расположенные в Серебряных – по названию ресурса – горах. Туда-то я и попал…
Сказать что я был в шоке – значит, не сказать ничего. Представьте только, что засыпаете вы на собственной кровати, а просыпаетесь… непонятно где. Кругом ночь, огонь факелов, бегают какие-то чумазые и странно худые люди, все кричат на непонятном вам языке… Диву даешься, что вообще не повредился рассудком в тот момент. А ведь мог, запросто мог. Не знаю как, но я сразу понял, что это не сон. И ещё то, что пути обратно не будет, Земли – для меня – больше нет… Это знание появилось где-то внутри… появилось так, будто давно лежало в скрытых глубинах моего мозга, лишь ожидая наступления своего звездного часа…
Естественно, мне стало страшно. Я отступил к ближайшей стенке, вжался, как только мог… Люди в тоннеле явно делились на две категории: первые, в серых штанах и рубашках, методично рубили кирками тёмного цвета скалу, охватывающую всё вокруг широким, уходящим ввысь полукругом. Другие – тоже в сером – оттаскивали отбитые куски назад, передавая «дробильщикам», как я их про себя назвал. Дробильщики дробили. Долго и очень тщательно, до тех пор, пока полученный камень не превращался буквально в песок. Полученные пылинки просеивали, явно в поисках… чего? Золота, как я тогда подумал.
