Что-то зашумело, зашелестело, зашевелилось, снежная шапка надо мной дрогнула, начала осыпаться. Я рванула обратно в сени, спиной чувствуя, как оседают комки снега.
Мне что… снова копать?..
Через минуту пара сугробов перед моим лицом разлеталось по несчастным сеням, которым поможет только генеральная уборка, и на пороге возник высокий силуэт Сергея — сына тёти Зои.
— Доброго утречка, Надежда Андреевна, — произнёс он. — Снегу-то навалило…
— Утро доброе, хозяйка, — услышала знакомый до непонятной реакции собственного тела мужской голос.
Следом появился Митрофан Яковлевич, во флисовой кофте и полукомбинезоне на мягких резиновых лямках, который подчёркивал мощную, спортивную фигуру.
За его спиной виднелся свет, пробитый тоннель вёл прямо к калитке. С улицы доносились звуки работы тракторов, мелькали проблесковые маячки, громко переговаривались мужские голоса.
— Там МЧС? — зачем-то спросила я.
— Мы сами с усами, — усмехнулся Сергей. — Дорожные службы с ночи чистят, рано утром с мужиками собрались, пошли стариков, женщин да больных откапывать, кто сам не может.
— Митрич остался, — буркнул Митрофан Яковлевич.
Я поняла, что речь о старике, который недавно приходил с жалобой на внуков, просил справку, что здоров.
— Сам откапывай Митрича, если такой смелый, — фыркнул Сергей. — Он мне в прошлый раз так зарядил черенком лопаты, думал — сотрясение. Самостоятельный он у нас, — засмеялся, глядя на меня. — Внук из райцентра доберётся, откопает, если у самого не получится. Чаем напоишь, Надежда Андреевна?
— Да, конечно, — взмахнула я руками, пригласила жестам в дом. — Проходите, пожалуйста.
Сергей быстро разулся, Митрофан попятился, собираясь уходить, я невольно сморщилась, обидно стало. Почему, объяснить себе не могла.
Я ведь не просила нас откапывать, то есть просила, но не лично Митрофана Яковлевича, а вообще — вселенную. Или МЧС. Сам откопал, теперь стоял, как в рот воды набравши, смотрел угрюмо, недовольно, будто я его заставила, взяв любимого кота в заложники.
Бирюк…
Остановился, сделал несколько шагов к двери, аккуратно снял ботинки, зашёл в дом, нахмурился сильнее, глядя на свои ноги в обычных чёрных носках.
— Есть чёрный чай, зелёный, пряники… мятные, — принялась я изображать радушную хозяйку, пока Лада посвящала Сергея в ледяные драконы.
У того росла дочка, младше Лады, но уже вошедшая в возраст уважающей себя принцессы, так что удивить или озадачить его церемониалом было невозможно.
Тюль вместо плаща, кочерга вместо меча — прекрасно.
Поставила чайник, скрылась в ванной, глянула на себя в зеркало.
Боже мой!
Сопревшие волосы торчали во все стороны, по лицу размазана грязь, откуда только взялась, губы потрескались, нездоровый румянец, на шее красные пятна, футболка, выглядывающая из-под расстёгнутой кофты, со следами пота на груди.
Хоть реви.
Не из-за Сергея расстроилась, с ним я, образно выражаясь, «потеряла честь», когда ползала по грязи вокруг Мини Купера, и когда устанавливала стиральную машину, выбив пробки во всём доме.
Кажется, он воспринимал меня как стихийное бедствие, забавное и немного умственно неполноценное. Не смотри, что медичка.
Из-за Митрофана. И это признание мне совсем не понравилась.
Быстро привела себя в порядок, насколько смогла, вышла к гостям, только зря старалась. Митрофана след простыл, ушёл.
К вечеру следов стихийного бедствия не осталось. Связь восстановили быстро, электричество не отключали, улицы расчистили грейдерами, убрали сугробы у домов. Магазины, почта, банк — всё работало в привычном режиме.
Никто не обсуждал произошедшее. Обычная зима.
Я шла домой с мыслью перетаскать больше дров в сени, лучше завалить большую часть, всё равно пустуют.
Дровяник, оказалось, откопал Митрофан, пока мы с Сергеем пили чай. Откопал и молча ушёл… Спасибо не позволил себе сказать.
И пусть идёт!
Рядом с калиткой стояла газель с крытым тентом, на котором красовалась надпись про строительство домов под ключ и ремонтные работы любой сложности.
— Здрасте! — отрапортовал вертлявый мужичок, выскочив из газели. — Принимай материалы, хозяйка.
— Какие материалы?.. — опешила я, прочитала ещё раз надпись на тенте. — Я ремонт не заказывала…
— Центральная, сто семнадцать? — посмотрел на номер дома мужичок. — Вы ж медичка наша новая, из ФАПа?
— Да.
— Значит вам, — довольно кивнул он. — Лёх, выгружаемся! — рывком открыл дверь, из салона бодро выпрыгнул молоденький парнишка.
Побежал к кузову, ловко запрыгнул внутрь, начал подавать второму какие-то доски, панели, свёртки, коробки, ящики с инструментами.
— Эти значит, полы утеплять?.. — важно прошёлся мужичок по моим полам прямо в обуви. — Ага… ага… — стучал он дереву, качал порог между домом и сенями. — Ага… — подковырнул фомкой доску пола. — За пару дней управимся, хозяйка.
— Послушайте, это ошибка. Я ничего не заказывала. Или… — остановила я себя. — Вас председатель прислал?
— Не. От мастера мы.
— Какого мастера?
— Фирма «Мастер», на машине написано ж, — ткнул в сторону газели, будто это всё должно объяснить. — Начальнику звоните, узнавайте, наше дело маленькое: сказали делать — делаем.
