— Если честно, не задумывался об этом, — признался он, толкая полупрозрачную дверь в клинику. — Сейчас уточним у… Рагнар!
Темнокожий мужчина, чья кожа особенно сильно контрастировала с белизной халата, обернулся, прервав разговор с девушкой за рецепцией. И широко улыбнулся, продемонстрировав не менее белоснежные зубы.
— Габриэль!
Гейб отпустил меня, чтобы пожать руку подошедшему доктору и поинтересовался:
— Мы не рано?
— Нет-нет, как раз вовремя. А это… — взгляд переполз на меня, точнее на мою грудь — вцдимо, она заинтересовала мужчину больше лица.
— Не здесь, — негромко попросил Гейб. Да, я тоже предпочла бы перенести обсуждение таких интимных вопросов, как клеймо на моей лопатке, куда-нибудь подальше коридора.
— Конечно. Тала, в ближайшее время меня ни для кого нет, — девушка, такая же темнокожая и слегка напомнившая мне Камиль, понятливо склонила голову, но на нас посмотрела с интересом. Очевидно, такие приказы ей поступали нечасто. — Пойдёмте.
И мы пошли. И на этот раз, прежде чем взять Гейба за руку, я аккуратно вытерла ладони о ткань джинсов, потому как вспотели они даже в прохладном воздухе клиники…
Кабинет тоже не соответствовал ожиданиям и походил на тот, где я несколько лет назад делала последнюю пару проколов в ушах. Стол с двумя стульями, кушетка, а рядом с ней — странного вида устройство. Нечто, расцветкой похожее на R2D2, а формой на аппарат, выдающий талончики в банке или на почте, с отдалённым подобием старого фена (тех, что были в советское время, в виде трубы), прикреплённым сбоку. Нет, определённо лучше какого-нибудь подпольного тату- салончика, но всё же.
— Значит, ты у нас…
— Рагнар, — предостерегающе произнёс Гейб.
— Что? Я же должен познакомиться девушкой прежде, чем она снимет передо мной футболку. Это называется культура.
Я усмехнулась, понимая, что с доктором мы явно поладим. Зато демону, который вроде как должен быть привычен к чувству юмора приятеля, высказывание понравилось не слишком. Но, скривившись, он всё же перешёл к процедуре взаимопредставления:
— Дэми, это Рагнар, Рагнар, это Диметрис. А теперь давайте перейдём к делу.
— Да погоди ты, — отмахнулся доктор, доставая из ящика стола тёмно-синие перчатки. — Вот вечно, вечно ты спешишь. Тебе не говорили, что прелюдия — наиважнейшая часть…
— Не волнуйся, он в курсе, — вмешалась я, пока забавному, но несдержанному на язык мужчине не перепало от моего ревнивого, как оказалось, мужчины. А то разбитый нос, знаете ли, сильно сказывается на концентрации. — Может, правда приступим? Не хотелось бы задерживать тебя дольше необходимого.
— Ты не рассказал, что именно её ждёт? — вглядевшись в моё лицо, словно пытаясь прочитать по нему что-то, повернулся он к Гейбу.
— Рассказал, — не давая тому ответить, уведомила я. — Поэтому и предлагаю начать сейчас, пока я не начала нервничать ещё больше.
Рагнар хмыкнул, но послушно подхватил перчатки, надевая их.
— Что ж, как говориться, клиент всегда прав. Обнажайте вашу прелестную спинку, мисс, я буквально жажду её лицезреть.
Нет, он точно нарывается. Бессмертный, что ли?
Уже лёжа на кушетке, лицом вниз, и ощущая, как затянутые в латекс пальцы прощупывают кожу, а затем проводят по ней смоченным какой-то холодной жидкостью тампоном, я вспомнила свой вопрос и поспешила задать его, пока не началось.
— Почувствует? — скорее просто Рагнар, чем переспросил доктор. — Да, конечно. Но если ты не единственная с его меткой, то понять, с кем именно связь разорвана, невозможно.
Ну, и то дело. Значит никакие мордовороты не должны выбить с ноги дверь посреди процедуры. Главное, чтобы я сама ничего не повыбивала, например, челюсть доктору. Потому как если будет действительно «очень больно», едва ли получится сдерживать рефлексы.
— Насчёт этого не волнуйся, — возясь с настройками аппарата, успокоил мужчина, — я тебя обездвижу.
— Что?!
Я обернулась к Гейбу, желая получить подтверждение только что услышанному и наткнулась на тяжёлый взгляд. Да и вообще, весь он выглядел мрачнее тучи, словно мне не метку удалять собирались, а почку, как минимум. Или ему, эта версия даже правдоподобнее.
— Прости, — словно это он меня заклеймил, а не чёртовы Ханси, попросил Гейб.
Значит, не послышалось. Я улеглась обратно щекой на кушетку, медленно выдыхая через рот. Ладно, вариантов всё равно нет. Зато потом буду лежать в постели, изображая самого больного в мире Карлсона и есть варенье в нелекарственных дозах.
Теперь, кстати, понятно, почему Рагнар не позволил Гейбу сесть рядом и держать меня за руку — в этом просто не было смысла. Получается, я и сжать-то эту руку, чтобы щедро поделиться болью, в случае чего не смогу. Странно, но факт обездвиживания пугал меня едва ли не больше самой процедуры. Тут даже не закричишь, если совсем невмоготу станет, не попросишь прекратить.
Я снова выдохнула. Спокойствие, Дэми, только спокойствие. Думай о варенье.
— Ну что, готова? — Рагнар, закончив возню с аппаратом, заглянул мне в лицо.
— Конечно, — я даже улыбнулась слегка, тогда как внутри всё мелко подрагивало и твердило на разные лады «нет-нет-нет».
— Отлично. Тогда приступим.
