— Похоже, я их боюсь, — честно призналась я, не отрывая взгляда от внушительных жёлтых зубов, которые кое-кто не прекращал демонстрировать. — И вообще, принц на белом коне это ещё куда не шло, а вот демон на сером… как-то не котируется, прости.
Гейб вышел из стойла и приблизился, ко мне, непроизвольно отступившей к противоположной стене. Упёрся руками в доски над моей головой, наклонился поцеловать, медленно и чуть лениво. И, дождавшись отклика, немного отстранился.
— Значит, на сером придётся ехать тебе. Поверь, тебе понравится, — я бы выразила сомнение, конечно, но губы вновь оказались заняты, на этот раз на существенно более долгий срок. — Тем более, — он вновь оторвался на несколько секунд и в голосе так и сквозил смех пополам с ехидством, — с позой наездницы у тебя всё более чем прекрасно.
Нет, ну если поставить вопрос таким образом… Я закинула руки ему на шею, притягивая ближе.
Целоваться в конюшне было опытом новым, но пахло там отнюдь не ромашками, так что увлекаться мы не стали. Я предоставила Гейбу возможность самому разбираться со всей той кучей сбруи, что нужно было нацепить на лошадей для комфортной езды и выскользнула на свежий воздух.
Никогда не мечтала жить за городом, но в этом, похоже, были свои плюсы. И главным являлась тишина. По сравнению даже с моим, относительно спокойный районом, здесь было просто нереально, запредельно тихо. Ни тебе шума машин, ни соседа с перфоратором, ни собачьего лая.
Только почти ласковое «пфф», донёсшееся слева.
Слегка дёрнувшись, я повернулась, столкнувшись взглядом с огромными карими глазами, обрамлёнными плотной щёткой ресниц. Да, это вам не тушь с подкручивающим эффектом, всё своё, природное. А ещё эта (точнее этот, как я убедилась, беззастенчиво заглянув под брюхо), рыжевато-коричневая животина оказалась не столь пугающей, уж не знаю, почему. Но гладить её я всё равно не рискнула, даже несмотря на наличие удил, или как там называлась та железная штука у него в зубах. Что-то подсказывало, что укусить меня, при желании, она вовсе не помешает.
— Я смотрю, вы уже подружились? — со смешком поинтересовался Гейб, выведя на свет божий серого монстрика и обнаружив нашу игру в гляделся с рыжим.
— Давай пока считать это вооружённым нейтралитетом, — на открытом пространстве они выглядели не так устрашающе, но и заносить в категорию абсолютно безвредных я не спешила.
Гейб хмыкнул, но комментировать не стал.
— Так, знакомься, — он потрепал свободной рукой рыжего за ухом, — это Марко.
— А это Поло, — тоже хмыкнула я, тут же качнув головой на вопросительный взгляд. — Не обращай внимания, ассоциация сработала. Был у нас такой знаменитый мореплаватель — Марко Поло.
Информации Гейбу оказалось достаточно, он лишь кивнул не став сосредотачиваться на теме.
— Это Рух, — серый, услышав своё имя, сделал попытку ткнуться носом в хозяйское ухо, но её мигом пресекли. — На ком поедешь?
Я поводила взглядом, пытаясь решить, кто выглядит более дружелюбным и, наконец, кивнула на рыжего. Надеюсь, установленный зрительный контакт не позволит ему скинуть меня посреди дороги…
Как сказал Гейб, управлять конём ненамного сложнее, чем ездить на велосипеде. Причём сказал так уверенно, что разочаровывать его новостью, что и этого делать не умею, я не стала. Впрочем, всё оказалось не так страшно: в седло меня подсадили, ноги в стремена поставили, подтянув последние до нужной высоты, вожжи в руки вручили. Оставалось только вспомнить пресловутую позу и держать равновесие, не заваливаясь на сторону, когда коняга начал свой неспешный, монотонный ход.
Видеть себя со стороны я, понятное дело, не могла, но не сказать, что была этим расстроена. Зато Гейб в седле смотрелся более чем органично, о чём я его и уведомила, добавив, что не хватает лишь ковбойских сапог и шляпы.
Вместо них была внушительная плетённая корзина с крышкой, намекающая, что едем мы не просто мучить мою спину и бедра, которые явно после будут болеть, а на самый настоящий пикник. Да, демон-романтик — это определённо нечто интересное.
Как я не старалась, рассматривать наши отношения в плоскости «только секс» уже не получалось. И дело даже не в цветах сегодня утром или вот этой поездке, а в чём-то незримом и не осязаемом. В аромате его парфюма, который привыкаешь чувствовать рядом, как нечто само собой разумеющееся. В желании переплести пальцы, когда идёшь рядом. В странно быстро сформировавшейся привычке желать спокойной ночи по телефону, когда ночуешь не вместе.
