Провернув ключ в замке зажигания, он разочарованно цокнул и слез с водительского сидения. Не так все просто оказывается. Умер аккумулятор или что-то другое случилось с машиной – Дима не знал. По старинке толкнуть и завести не предоставлялось возможности. УАЗ для этого слишком тяжелый и громоздкий автомобиль. Придется все тащить на ручках, и его не радовала перспектива проснуться следующим утром с отсохшими и отвисшими руками, но вдруг мысль сама ударила ему в голову, только не хватало загоревшейся лампочки над головой. Этот пепел может послужить снегом! Сорвав плотный брезент с крыши рядом стоящего мясной лавки, что в пяти шагах от входа в магазин, Дима соорудил подобие волокуш, благо веревку до этого он нашел в сельпо и не пришлось лишний раз нагружать извилины, что-то мудря.
Продукты, материалы и какие-никакие простенькие инструменты теперь имелись. Остались два последних и решающих шага: вооружиться и найти рабочий транспорт. Как вариант пройтись по окраинным домам возле сгоревшего леса, правда их насчитывалось точно больше десятка, а оружие браконьеры хранят определенно в самых потайных углах своего жилища, а не где-нибудь в холодильнике. Дима решил начать с самого дальнего дома и идти постепенно в сторону своего убежища. Изученные постройки будет помечать белой краской в баллончике, которой теперь изобилие. И никакой “Ашан” уже не нужен, когда рядом есть деревенские магазинчики, в которых могут и наркотики продать (такое уже случалось лет пять назад), и оружие!.. И тут Дима остановился, переведя взгляд в сторону и неопределенно смотря в глубь деревни. Смутно вспомнилась история, которую года полтора назад рассказывала мама. Муж той самой продавщицы, получается, отец Олечки, подстрелил солью вора, стащившего козу. «Так, – присев, задумался Дима. – Вспоминай. Вспоминай! Где там Оля жила?» Он не был до конца уверен в реальности воспоминаний и правдивости слов девушки, но надежда оставалась, хотя бы проверить следовало. Лишним не будет. «Из пятнадцатого дома, с дальней улицы!» – пронеслись слова Оли в голове. Точно! Дальняя улица – улица Ленина.
В ту же минуту Дима быстрым шагом направился к нужному дому, закрыв гараж на замок, но вдруг резко почувствовал на себе острый и холодный взгляд чужого и услышал глухое рычание. В метрах двадцати стоял огромный, размером с теленка, косматый волчара, пускающий кровавую, тягучую слюну из сильной пасти. «Приплыли,» – пробубнил Дима, сухо взглотнул и отступил на шаг –зверь повторил движения и расслабился, понимая, что человек ему опасности не представляет. Хищник оказался не один: рядом, закрывая щенят, прошла волчица. Медленно продолжая отступать спиной вперед, он отдалялся, но держал в поле зрения животных, благо не напали, а также тихо и мирно ушли, напугавшись неменьше, чем Дима. Дурной зверь обычно, когда со своими детенышами, без разборов бросаются в смертельный бой на любого проходящего, а тут, будто сам Бог спас. Да. В такие минуты ты начинаешь верить во Всевышнего как никогда раньше. Однако, Дима не позволял себе расслабиться ни на секунду, кто бы его там, сверху, не защищал. Всегда полагался на себя, нечего привыкать.
Кривой дом, похожий то ли на трапецию, то ли вовсе на косую пирамиду, Дима еще заметил издалека. На той улице он бывал нечасто, и всегда она пугала своей мрачной и угнетающей атмосферой полузаброшенности, а сейчас и подавно. Такой же скошенный в бок и назад забор обрамлял дом выцветшей зеленой краской, видавшей юность Сталина. Дима неторопливо переступил порог, боясь встретиться лицом к лицу с какой-нибудь тварью, но все обошлось. Дом был мертв как снаружи, так и изнутри. Шагал по деревянным полам он с особой осторожностью, все еще помня, как неудачно пробил стопу, которая так и не зажила, напоминая о себе при каждом его движении тупой болью, охватывающей ногу целиком. Он успел к ней привыкнуть, и теперь она вызывала только легкий дискомфорт.
Тишина и пустота наполняли разрушенный дом плотной завесой. Стены не качались, не скрипели на неспокойном ветру на улице, а мыши не копошились под полом. Присутствовало неприятное ощущение мягкого пощипывания по всему телу. Может, от воспоминаний с Олей? Большее непонимание наступило, когда Дима шагнул в дальнюю комнату и услышал странный треск, до ужаса похожий на тот, что случается при разрыве высоковольтных линий электропередач. Тут-то он вспомнил, как один раз его разыграли жвачкой, бьющей током, тогда совершенно аналогично кожу ущипнуло! Дима быстро, одним прыжком, оказался снова в коридоре, а из комнаты, откуда он выскочил, раздался громкий хлопок, и яркая, белая вспышка, как при сварке, ненадолго ослепила его.
Вот это да!