– Я клялся твоим именем стать и мечом, и щитом, и руками, и голосом, – хрипло прошептал он, – но всё это время меня вел вовсе не ты. Неужели я придумал не только Тэхон, но и всех остальных?
Осмомысл не ответил. Он лишь улыбался со стены, нарисованный от первой до последней черточки. Да, Светозар был прав, лечиться было совсем не приятно, а больно. Хотя подразумевалось явно нечто другое.
Арант поднялся. Разум прояснился, заработал как никогда четко и быстро. Желание уйти крепло, ширилось, подпитывалось шепотом внутреннего голоса.
И он пошел к себе – собираться. Среди служителей нельзя было оставаться ни секунды, да и время было подходящее – все собирались на ужин, и никто не собирался нарушать правила и порядки.
Правила и порядки, выученные, въевшиеся в язык, тело и дух, казалось, намертво. Только вот теперь ни разум, ни сердце их больше не принимали. Уходить нужно было сейчас же, пока глава Дома не поднял тревогу, пока он еще на допросе…
Арант замер с наполовину засунутой в сумку рукой. Да, нужно было уходить. Но как же Тэхон? Она не заслуживала ничего из того, что с ней хотели сделать… «Не заслуживал», – с горечью поправил себя он. Тэхон был мужчиной. Странным, на вид совсем молоденьким, но, как оказалось, гораздо больше мужчиной, чем все остальные.
Сумка медленно легла на кровать.
Нет, он не мог уйти один. Ему была нужна направляющая рука, ему был нужен кто-то уверенный, знающий и разумный. Господин. Пусть Тэхон не верил в Осмомысла, но зато его дела говорили, что он был к нему гораздо ближе, чем Ведунец и все остальные.
Арант глубоко вздохнул, спрятал сумку под кафтаном, вернулся к пыточной и увидел палача. Тот тащил на себе бессознательного Тэхона, перекинув его руку через шею и схватив за пояс. Пленник, легкий и маленький, даже не доставал ногами до пола.
– Молчит, – встретившись взглядом с мудрецом, буркнул палач. – Дурак. Только себе хуже делает. В бред сорвался. Жаль, что бредит на родном.
– Ничего-ничего. Мы его разговорим, – пропел Светозар. Он вышел следом, запер дверь и окинул подошедшего цепким взглядом. – Как ты?
Голос звучал мягко. Арант отвел глаза, лихорадочно соображая, как себя повести.
– Уже лучше. Простите, сомлел. Сам не понимаю, что со мной. Никогда такого не было.
– Ты сбит с толку, – кивнул глава Дома. – Ничего, я понимаю. Сейчас объясню…
Он долго говорил что-то о том, почему Тэхона следует убить, а его снадобье – приписать другому. Арант пропускал его слова мимо ушей, старательно кивая в подходящих местах, а сам думал, как вызволить пленника и как им вдвоем уйти.
– Ты не слушаешь, – упрекнул Светозар.
– Я… Простите, – спохватился Арант. – Вы, несомненно, правы. Я пойму, обязательно пойму. Но сейчас… Простите, мне хочется побыть одному, мне… надо привыкнуть. Тэхон все-таки мужчина, и…
– Ты расстроен. Ну конечно, ты же так надеялся, – понятливо кивнул глава Дома. – Иди.
Арант пошел, но не поднялся по лестнице, а спрятался под ней и, дождавшись, когда Светозар и палач уйдут, прокрался к темнице Тэхона. Замки с ключами везде были одинаковыми. И собственный ключ мудреца всё еще лежал в кармане.
Он тихо снял замок, скользнул внутрь и так и застыл с раскрытым ртом, когда ему в шею нацелилась самая настоящая сабля. После секундного ступора пришло узнавание – перед ним стоял вовсе не внезапно исцелившийся Тэхон, а Хван Цзи. Сам пленник лежал на руках одного из матросов. Увидев Аранта, тот засуетился: перекинул бессознательного Тэхона через плечо и схватился за веревку. Веревка тянулась из бережно выломанного окна – раму почти не повредили. За окном мелькали чьи-то ноги в растоптанных сапогах.
– Молчать! – угрожающе прищурился Хван Цзи, надавив острием для убедительности.
Арант почувствовал, как по коже потекла тонкая струйка крови, и прошептал, просветленный и радостный:
– Я подсажу.
Кто-то быстро захлопнул дверь темницы, и всё вокруг погрузилось в сумерки. Ярко блестели лишь глаза напротив, такие похожие на глаза Тэхона, испуганные, но упрямые и уверенные. И удивленные.
– А?
– Я с вами, – повторил Арант уже увереннее и вытащил из-под кафтана сумку. – Я подсажу.
– О! – Хван Цзи несколько мгновений поколебался, но саблю убрал.
Они подкинули до окна сначала Тэхона, а потом и остальных. Их тут же подхватили под руки и вытащили наружу.
Арант выбрался последним, едва не застряв в узком окне. Как ни странно, но его дождались и даже помогли. Как оказалось, их было трое: Хван Цзи и двое крепких, загорелых дочерна матросов. Пробрались к Дому Порядка они просто, аккуратно выломав несколько досок из забора прямо напротив темницы.
Они поставили доски на место и быстро шмыгнули в телегу, где и свернулись в клубок. На них накинули кусок жесткой парусины, и телега неспешно тронулась в путь.
