Нет, соглашаться нельзя. И отказываться тоже нельзя - сразу убьют. У каждого из этих бульдогов-телохранителей, небось, под пиджаком «Гадюка» покоится...
Опять меня на поводок взяли, со злостью подумал Кирк. А вот чёрта с два! Не буду я у тебя служить, господин Дитрих! Подавись ты своими обещаниями! Если уж сдохнуть, так лучше сразу!
— Ну, вы подумали? - поинтересовался Дитрих. И по виду его было понятно, что он уже знает, каков будет ответ. Спрашивает же просто так, лишь для проформы.
— Я вынужден отказаться, - дрожа от злости сказал Кирк. - Я понимаю, что мне всё равно долго не прожить, но мне не хотелось бы провести остаток жизни возле такого дерьма, как вы, господи Аллан Дитрих.
— Я так и думал, - спокойно и с достоинством кивнул Дитрих, и посмотрел на охранников. - Убейте его.
Кирк уже приготовился к заранее проигранной схватке - что он мог противопоставить двум вооружённым мордоворотам?! Но стоять просто так, и ждать, пока тебя продырявят из импульсника, Кирк просто не мог - даже сейчас, не надеясь уже ни на что, он продолжал инстинктивно цепляться за свою жизнь.
Охранники плавными движениями извлекли оружие (Кирк машинально отметил, что оба они вооружены «Кобрами»), и тут...
Что-то произошло. Что-то непонятное и странное.
Мир изменился. Охранники замерли на месте... Нет! Они продолжали двигаться, но очень и очень медленно. Кирк увидел, как палец одного из них давит на курок «Кобры», как второй охранник ужасно медленно поднимает свой бластер...
Кирк знал, что луч бластера увидеть невозможно. Разве что в задымлённом помещении или там, где достаточно много пыли висит в воздухе - когда плазма выжигает всё на своём пути, и частички дыма или пыли молниеносно вспыхивают ослепительно-яркими точками. Но тут, в кабинете Аллана Дитриха, ни пыли, ни дыма не было и в помине (попробовали бы они тут быть!). Однако Кирк вдруг понял, что он ВИДИТ луч бластера.
Бледно-жёлтая игла протянулась из ствола «Кобры» по направлению к Кирку. Нет, не протянулась - начала медленно вытягиваться. Кирк лишь слегка отклонился в сторону, и огненная спица упёрлась в облицовку стены. Ничего не произошло, то есть - ничего ещё НЕ УСПЕЛО произойти. Деревянная панель только ещё начала неторопливо изменять свой цвет...
А охранники вообще застыли, словно каменные изваяния. И второй всё никак не мог надавить на курок...
И в голове у Кирка шумело, в ушах стоял низкий гул, который постепенно набирал мощь. И тогда Кирк понял, что это его шанс. Единственный шанс, которым нельзя не воспользоваться. Потому что ЭТО (чем бы ЭТО ни было) скоро кончится - он чувствовал, даже знал! - и всё придёт в норму, и время вновь понесётся вскачь, и бластеры снова станут смертельно опасным оружием, а охранники перестанут быть вялыми и ленивыми. Потому что ЭТО уже было - на Анкоре, когда они ночью сидели вдвоём с Летсом на земле и ждали рассвета. Тогда время тоже затормозило свой ход, и нынешние неживые позы охранников Дитриха живо напомнили Кирку такую же пугающе-странную неподвижность Летса.
Лабиринт, подумал Кирк. Что-то со мной произошло в Лабиринте. После того моего общения с установкой Предтеч.
И память тут же напомнила ему о странном поведении индикатора на «Драконе». Нет, подумал Кирк. Сейчас мне нужно беспокоиться не об этом. Сейчас главное выжить. Сколько тогда, на Анкоре, продолжалось ЭТО? Несколько мгновений, не больше. А значит, времени у меня почти нет...
И тогда Кирк кинулся вперёд, ударил ближайшего охранника ребром ладони по горлу; выбил бластер из руки второго, нанёс ему ногой сокрушительный удар в пах...
Мордовороты словно бы и не почувствовали ничего. Зато почувствовал Кирк. От удара сильно заныли правая рука и нога, словно Кирк долбанул со всего размаху по каменным статуям.
Выбитый у охранника бластер неподвижно застыл в воздухе, словно подвешенный на невидимой нити. Кирк разглядывал его, потирая ушибленную руку, и вдруг заметил, что бластер начинает медленно опускаться на пол. Медленно, но всё же постепенно ускоряя своё движение. Кирк подхватил его («Кобра» показалась ему неожиданно тяжёлой и неудобной), сжал в руке, развернулся к Аллану Дитриху, замершему точно так же, как и его охрана... И тут Кирк ощутил сильнейший толчок, от которого едва не потерял равновесие и не свалился с ног.
Мир снова стал прежним. Оба охранника свалились на пол, оглашая воздух нечеловеческим воем. То есть, выл-то, собственно говоря, один из охранников - второй мордоворот лишь слабо хрипел, схватившись руками за горло и судорожно дёргаясь на полу всем телом. Кирк увидел, что у первого охранника сломана рука. А второй... Второй уже затих и лежал без движения.
Кирк посмотрел на Аллана Дитриха - у того просто челюсть отвисла.
— Это была не самая лучшая ваша идея, господин Дитрих, - тяжело дыша сказал Кирк, прицеливаясь в Аллана. - Но хороших идей, вообще-то, от вас никогда и не исходило. От вас всегда исходит какая-то дрянь. Дрянь, мерзость и подлость...
— Как вы это сделали?! - выдавил из себя Дитрих.
