– Но если так, почему он в Киеве, а Роксана – в Новгороде? – пискляво подала голос какая-то непутёвая баба, – и почему ты боишься, что князь направит сюда Малушу? Вряд ли твоя Роксана этого хочет!
– Роксана здесь для того, чтоб узнать, чего хочет Новгород, – ловко выпуталась боярыня, – Святослав попросил её это выяснить и ему доложить! Весной он начнёт большую войну против всей Европы, и Новгород ему нужен как верный, крепкий союзник.
Эта смелая выдумка всем пришлась по душе. Толпа горожан слегка зашумела, хваля Роксану и Святослава.
– А кто её из плена освободил? – не унялась баба, – она ведь попала в плен при осаде Киева!
– Её спас тысяцкий Рагдай! Вы все его видели накануне.
– И что, она с князем помирилась?
– Да, помирилась.
– А где сейчас она? Опять почивает, что ли? – выискался в толпе ещё один умник, на этот раз с бородой.
– Сидит дома, плачет. Её оса ужалила в глаз! Пол-морды распухло. Через три дня она вам покажется.
Светозара сошла с помоста под одобрительный гул толпы. Слово взял Климята. Полностью подтвердив резонность почти всех доводов Светозары, он начал гнуть какую-то свою линию по торговой части. Моросил дождик. С озера дул порывистый, сильный ветер. К боярыне подошли Касьян, Волец, Ратша и ещё трое её подручных.
– Как меня слушали? – обнимая себя за локти, спросила она у них.
– Слушали неплохо, – проворчал Ратша, – да толку что?
– Как – что толку?
– Так ведь Всеслав со дня на день прибудет в Новгород, – сообщил Касьян, – говорят, что он со своей дружиной и грузом уже на волоках.
– И что дальше?
– А то, что он с Малушей – в ладах. У них, говорят, общие дела купеческие на несколько тысяч гривен.
– И вы боитесь Всеслава?
Лихие долго молчали. А потом Волец, глядя себе под ноги, пробубнил:
– Бояться-то мы его не боимся! Но он с помоста речи ведёт не хуже, чем ты, боярыня.
– Тьфу на вас, – ответила Светозара, и, развернувшись на каблуках, пошла к городским воротам. Ей нужно было побыть одной, чтобы всё обдумать и найти правильное решение. К счастью, многие жители города и посадов сошлись на вече, так что в предместье было безлюдно. Обойдя пристань, где шла разгрузка нескольких кораблей с резными фигурами на носах и шёлковыми канатами, Светозара с мрачным лицом направилась вниз берегом реки к далёкому лесу. Она не сразу заметила, что её преследует всадник на вороном иноходце. Вблизи городской черты этот человек не гнал своего коня. Но, когда боярыня отошла на четверть версты, пустил его рысью. Услышав топот копыт, молодая женщина повернулась и стала следить за всадником – не она ли ему нужна? Действительно – поравнявшись с нею, он осадил своего коня, и, спрыгнув с него, снял шапку. Его очень молодое, слегка заросшее бородой лицо, смеющиеся глаза и русые кудри вдруг показались боярыне Светозаре очень знакомыми. Ей хотелось услышать голос. И он в тот же самый миг прозвучал:
– Здорово, боярыня! Не узнала меня?
– Ратмир! – воскликнула Светозара, бросаясь на шею воину, – ты ли это?
– А кто ж ещё? – рассмеялся воин. Крепко обняв красавицу, он поцеловал её в щёчку.
Действительно, это был тысяцкий Ратмир – небритый, истрёпанный и усталый после дороги в тысячу с лишним вёрст сквозь дремучий лес. Они обнимались долго и радостно. Светозара тёрлась щекой о плечо Ратмира, вдыхая запах его могучего двадцатитрёхлетнего тела. Он ей всегда был по сердцу, хоть они виделись нечасто.
– Ратмир, дружочек мой! Как я рада с тобою встретиться! Да откуда же ты примчался сюда?
– Из Киева.
– А, тебя прислал Святослав? Но зачем, к кому? По какому делу?
– Ну, это очень долго рассказывать.
Дождик кончился. Они сели на берегу реки, у песчаной отмели. Светозаре не пришло в голову, что трава после дождя мокрая. А Ратмир мог даже лечь спать на такой траве, ему доводилось спать и в снегу. Вороной напился и пасся рядом.
– Как называется это речка? – спросил Ратмир, ласково сжимая руки боярыни.
– Это речка–Чернавка, – сказала та, – она течёт в лес.
– И куда втекает?
– В болото. Так для чего Святослав тебя прислал в Новгород? Чтоб узнать, в какой водоём впадает Чернавка?
Ратмир невесело улыбнулся. Потом сказал, что он сам ничего не знает.
– Как так? – круто изогнула левую бровь боярыня, – ты смеёшься надо мной, что ли?
– Увы, не до смеха мне. Святослав сказал: «Ратмир, скачи в Новгород и будь там!»
– Так это опала?
– Понятия не имею. Всё может быть. Мне очень тоскливо. А час назад мне сделалось страшно.
– Страшно? Тебе, Ратмир? Быть не может! И что тебя напугало?
– Твои слова, которые ты выкрикнула с помоста.
Тут страшно сделалось Светозаре. Вырвав свою ладонь из руки Ратмира, она внимательно поглядела ему в глаза.
– Ты слышал всё то, что я говорила?
– Да. От начала и до конца. Ведь ты говорила громко, а я как раз въезжал в Новгород.
– Ну, и что ты намерен делать?
– Предупредить тебя об опасности.
– О какой?
Ратмир промолчал. Он смотрел на жёлтый кленовый лист, уроненный ветром на середину реки. Лист плыл по течению.
– Что молчишь? – воскликнула Светозара, – как мне тебя понять?
– Я думаю, что ответить. Скажи, Рагдай действительно в Новгороде?
