Через три дня в Новгород вернулись купец Всеслав и его дружинники. Они прибыли на двенадцати кораблях, гружённых пшеницей. Спрос на неё был в Новгороде велик. Она хорошо росла к востоку и западу от Днепра, а к северу – очень скудно. Пустив пшеницу на рынок, Всеслав устроил дружине и всем своим друзьям-новгородцам почестен пир на Большом кружечном подворье. Главный кабак там был в виде терема. Он вмещал пятьсот человек. Но всё же гостям было тесновато, так как к друзьям Всеслава принадлежали и Светозара с пятнадцатью есаулами, и купцы да бояре с жёнами, и искусные мастера посадские, и Ратмир. Пир был очень шумным. Вскоре на нём оказалась всякая голь перекатная, потому что Всеслав, захмелев, любил выпить с каждым. Боярыни и купчихи этого вытерпеть не смогли. Они поднялись и вышли из кабака, насильно забрав с собой Светозару и трёх её подруженций. Прямо за дверью, под тучами, на Таисью, Мамелфу, очень пьяную Светозару и Улианию вместе с мелким дождём посыпался град упрёков. Знатные горожанки твердили наперебой, что Малуша вместе со своим братом и тремя сотнями всадников едет в Новгород и прибудет уже вот-вот. Супруга Климяты, рослая и смазливая Мирка, прибавила:
– Наш приказчик вчера на закате солнышка проезжал Кременец. Он видел их там. Они пили брагу. А Кременец – в двадцати верстах!
– Кого он там видел? Кто брагу пил? – прикинулась дурочкой Светозара, – ты, если хочешь что-то сказать – говори, а не мельтеши языком, как кошка хвостом!
– Малушу он видел там! И Добрыню! И их отряд! Приказчик наш торопился, а они пьянствовали. Не знаю, когда они будут здесь! Может быть, сегодня, а может – завтра!
– А что, княжича Владимира с ними нет? – спросила Таисья.
– Он пока в Киеве! – заорала молоденькая жена боярина Судислава, которая знала всё, – Добрыня с Малушей едут сюда, чтоб взять в свои руки Новгород, всё наладить! Потом Владимира привезут. Кстати, Светозара – твой бывший муж, Людомир, уже освободил терем. Ясное дело, для них!
Тут уж Светозара капельку протрезвела.
– Что значит – освободил? – спросила она, – куда же он делся?
– У вас ведь есть загородный дом! Он туда поехал, вместе с прислугой! Так что нам делать-то, Светозара? Говори, что?
– Да хватит орать! Что вы всполошились? Если у них всего триста всадников, мы их здесь покрошим в куски!
Это заверение всех расстроило ещё больше. Даже Таисья, Мамелфа и Улиания опустили головы. Остальные барыни зашумели, завозмущались.
– Дружинников Святослава мы покрошим в куски? – всплеснула руками Мирка, – а кто их будет крошить? Объясни нам, кто?
– Мои есаулы! Мои дружинники!
– Ты смеёшься? Ты издеваешься? Есаулы! Тоже, нашла дураков! Так они и вышли сражаться со Святославом! Ага, угу! Твои есаулы уж третий час пьют брагу с Ратмиром, почти взасос целуются с ним после каждой чарки! А он приехал сюда как раз для того, чтоб помочь Малуше! И со Всеславом он спелся. Впрочем, Всеслав и сам по себе никогда не станет перечить князю. У него на плечах – поди, голова! Не пивной котёл!
– Да, и Аникей от тебя сбежал, – вставила Мамелфа, поглядев искоса на Таисью. По желтоватым щекам боярыни Светозары растёкся сочный румянец, как будто ей надавали пощёчин справа и слева. Да, Аникей куда-то исчез пару дней назад, а с ним улетучилось несколько золотых колец и браслетов из её спальни, куда у него был доступ. Но ей не верилось в то, что он убежал к Малуше. Даже теперь всё ещё не верилось. Сильно сжав кулаки, Светозара крикнула:
– Леший с ним, с Аникеем и с есаулами! Весь посадский люд – за меня! Кузнецы и плотники!
– Ох, и дурочка! – закатила свои бесстыжие глаза Мирка, – да на хрен ты им сдалась? Ты их обирала несколько лет подряд!
– Они за Роксану встанут.
– А где она, Роксана твоя? Она уж, поди, сбежала вместе с Рагдаем! Уж сколько дней их двоих не видно, не слышно!
– Она сидит в моём тереме! Лечит страшный укус осы!
– Да, сидит, сидит, – бойко закивала Таисья, – я её нынче сама видала!
Мамелфа и Улиания подтвердили эти слова. Вдруг дверь кабака открылась, выпустив из него на одну минуту многоголосый весёлый шум. Всеслав с полным ковшом браги говорил тост, стоя во весь рост у стола, качаясь, сбиваясь, путаясь. Но никто уж его не слушал. Все были заняты разговорами. А на улицу, между тем, вышли есаулы – Ратша, Касьян, Волец и остальные. Все они были очень нарядные, при оружии. Светозара бросилась к ним.
– Слушайте, ребятки! Я вам по мордам всем надаю, если вы сегодня не приведёте ко мне Малушу! Голую, на цепи! Она уже близко, и с ней всего триста воинов! Быстро, марш! Сели на коней, и – вперёд!
– Поскачем, боярыня, – сказал Ратша, положив руку на эфес сабли, – исполним всё, что ты нам прикажешь, свет ты наш ясный!
