Девушка встала, откинув с лица волосы. Нужно было идти умываться и приводить себя в порядок. Надеть платье, к примеру. Хоть чем-то заняться, чтобы хоть как-то оттянуть то, что ей предстояло сделать.
Плеская себе в лицо холодной водой, она думала, что ей не следовало сюда приезжать. Никогда. Не нужно было ехать в гости, чтобы услышать имя «Флорентис». Скорее всего, именно это имя и послужило толчком. Флорентис Феррингейм. Звучное имя, даже красивое, но одновременно жуткое. Жуткое потому, что вызывало ассоциацию «кровная вражда».
Девушка свернула волосы жгутом и уложила их на затылке. Кажется, все. Она готова. И не осталось больше ничего, кроме как спуститься вниз. Можно было потянуть еще немного, но зачем? Все равно, у нее нет выбора. Ей остается только одно.
Руки у нее были ледяными, а сердце часто стучало. Она взялась за ручку двери и потянула ее на себя. Пора.
Медленно спустилась вниз по лестнице и вошла в столовую. Завтрак. Ей совершенно не хотелось есть, она и думать не могла о еде, но пришла сюда не за этим.
В столовой находились оба брата Рэйвенхилл. В этот раз и Роннан присутствовал, должно быть, собирался продолжить вчерашние «уговоры». Уговоры. Смешно.
Оба уставились на вошедшую девушку, их лица стали изумленными, а потом встревоженными.
— Что с тобой? — спросил Реджин, приподнимаясь, — Роми, ты на себя не похожа. Роми?
Роннан молча смотрел на девушку, не понимая, что именно с ней не так. Ее лицо было не таким, как обычно. Не таким, как вчера. Что-то изменилось.
— Роми? — повторил Реджин, делая шаг по направлению к ней.
Она подняла руку ладонью вперед, останавливая его.
— Почему вы не сказали мне о Флорентис?
Рэйвенхиллы вздрогнули.
— Что? — переспросил младший брат, а старший стремительно помрачнел.
— Кто сказал тебе? Впрочем, я знаю, кто. Меор, — Роннан сжал кулаки, — я его убью.
— Нет, Роннан. Поздно.
— Что значит, поздно?
— Флорентис Феррингейм было всего шесть, когда четверо Рэйвенхиллов напали на нее и попытались убить. Четверо взрослых людей на одну маленькую девочку! Почему, Роннан? Почему ты принимал в этом участие?
Реджин резко повернул голову в сторону брата, едва не вывихнув шею.
— Что?
— Откуда он узнал это? — прошипел Роннан совершенно чужим голосом, — он не мог этого знать.
— Ты был там? — не веря своим ушам, спросил Реджин, — Рон?
Тот не ответил.
— Флорентис носила фамилию Феррингейм, — продолжала девушка замороженным голосом, — и это стало основанием для нападения. С каких пор вы начали убивать детей, Роннан?
— Откуда ты знаешь это?
— Я видела это. Собственными глазами.
— Ты не могла этого видеть. Тебя там не было.
— Я была там, Роннан. И ты очень хорошо меня видел. «Смерть Феррингеймам», сказал ты. Это был ты, я вспомнила твой голос.
— Ты… не могла…
— Флорентис Феррингейм — это я, Роннан.
Эта фраза произвела такое впечатление на братьев, словно на них упала стена. Оба застыли, словно окаменев.
Роннан пришел в себя первым.
— Нет, — выдохнул он, — она мертва. Мы убили ее. Мы точно ее убили.
— Нет. Вы не убили. Вы ударили вчетвером, но недостаточно сильно. Нужно было бить сильнее.
И она вытянула вперед руку, продемонстрировав метку. На ней был изображен ворон, сидящий на уступе скалы.
— Феррингейм, — вырвалось у Роннана.
Реджин вообще не мог ничего сказать. Он пятился назад до тех пор, пока не наткнулся на стол.
А в следующее мгновение началось светопреставление. Сначала полопались все стекла, рассыпалась на столе посуда, мебель трещала, разваливаясь на составляющие, сильный порыв ветра кружил вокруг двух неподвижных фигур, смотрящих друг на друга в упор. С потолка что-то сыпалось, потом огромная многосвечовая люстра обрушилась на пол, чудом не задев их, а пустые створки окон бешено хлопали, словно аплодируя. Пламя в камине взметнулось вверх, немного не достигая потолка, стены чернели и покрывались трещинами, множественными и мелкими.
Сперва трудно было сказать, на чьей стороне сила, оба активно сопротивлялись, но потом Роннан начал постепенно сдвигаться назад, не сам, поскольку его ноги не отрывались от пола, а лицо покраснело от усилий. Его что-то сдвигало, медленно и упорно. А потом с силой швырнуло так, что он распластался на стене в нескольких футах от пола.
— Я не хочу тебя убивать, — сказала девушка, — я никого не хочу убивать. Мне не нужна эта ваша вражда. Я никогда не принимала в ней участия.
— Где… моя… сестра? — прохрипел Роннан.
— Не знаю. Я не помню. Я не знаю, что они с ней сделали. Вы все одинаковы. Может быть, они сделали с ней то, что вы хотели сделать со мной. Мне жаль, Роннан.
— Тебе… жаль… — выдавил он, скрипнув зубами.
— Да, мне жаль, что вы все такие. Вы так сильно ненавидели друг друга, вы и меня ненавидите только потому, что я — Феррингейм, о чем я сама узнала два часа назад. Думаешь, я хотела этого? — вдруг вскричала она.
— Роми… — тихо произнес Реджин, но девушка прервала его.
— Я не Роми.
Что-то в ней начало меняться, контуры тела стали расплываться, а в следующее мгновение к потолку взлетела черная ворона. Громко хлопая крыльями, она спикировала вниз и унеслась сквозь распахнутое окно.
