– А вы купите свой дом, Наташ! Где-нибудь рядом с ними, на одной улице! И сами по себе будете, и они тут же, на ваших глазах! А денег на дом мы с Димкой вам дадим!
– Да как это дадите? Что ты! – испуганно отмахнулась Наташа. – Нет, не надо…
– Так не свои же дадим, а Сашины! У него же в этом доме законная доля есть! Вот мы ее и выкупим… Все можно решить, Наташ. Причем самым наилучшим образом! Мы и с Димой на эту тему уж сколько раз говорили: надо Сашке его долю отдать. Мы теперь можем, у нас деньги есть! И давно надо было это сделать, да Сашка сильно сопротивлялся! Но сейчас мы и спрашивать его не будем… Отдадим, и все тут!
– Что ты опять хочешь мне отдать, Зой? – услышали они за спиной голос Саши и обернулись на него одновременно.
– Ой, напугал… – положив руку на грудь, засмеялась Наташа.
– Не говори… – поддержала ее Зоя. – И даже посплетничать всласть не дал!
Саша встал перед ними, глядел с улыбкой. Потом проговорил удивленно:
– А вы так похожи, девчонки… Даже выражения лиц у вас одинаковые… Ладно, не буду вам мешать, можете дальше сплетничать. Я вообще хотел пойти искупаться. По морю соскучился. Пока дети спят…
– Так иди!
– Может, и вы со мной?
– Нет, мы потом, с детьми… – медленно проговорила Наташа и ойкнула тихо, прикрыв рот.
Зоя и Саша посмотрели на нее удивленно. А Наташа снова ойкнула и задышала вдруг тяжело, хватая ртом воздух. Саша бросился к ней, упал перед шезлонгом на колени, спросил тревожно:
– Что, что с тобой? Где болит, скажи?
Повернувшись к Зое, спросил испуганно:
– Что это с ней, а?
– Не знаю… – растерянно проговорила Зоя. – Вроде все хорошо было, сидели, разговаривали… Может, отравилась чем за обедом? Или в дороге устала? Смотри, как она побледнела, Саш…
А Наташа по-прежнему тяжело и отрывисто дышала, на лбу выступила холодная испарина, и рука упала с шезлонга вялой плетью. Саша закричал в отчаянии, глядя на Зою:
– Скорую вызывай скорее, что ты сидишь? Скорую вызывай! Видишь, ей совсем плохо?
Машина скорой помощи приехала быстро. Суровая женщина-медик выгнала всех с террасы, склонилась над Наташей, что-то приказала молоденькой медсестре.
А вся семья сгрудилась во дворе, недалеко от террасы. Дима, Зоя, Саша, Павлик с Никиткой… И Нина Михайловна пришла, качая на руках маленького Сашеньку.
– Да не трясись ты, все будет хорошо… – успокаивала Зоя Сашу. – Может, это у нее от перемены климата, так бывает… Видишь, она уже с врачом разговаривает? Я эту тетку со скорой знаю, она очень хороший врач… И аппараты у них с собой всякие есть, видишь? Сейчас все выяснят… Кардиограмму сделают…
Вскоре врачиха спустилась с террасы, подошла к ним. Саша спросил нетерпеливо:
– Что с ней, скажите?
– Ну что сказать… – улыбнулась врачиха. – Жить будет…
Потом глянула на уцепившихся за ноги Саши Павлика с Никиткой, спросила задумчиво:
– Ваши?
– Да, наши… Наши сыновья…
– Ну что ж, папаша, тогда поздравляю вас! Третьего ждите! Будете многодетные, поздравляю! А мамочку теперь берегите… На солнце ей много нельзя. Пусть больше в тенечке отдыхает, морским воздухом дышит. Берегите…
– …Вить… С тобой все в порядке? Ты слышишь меня, скажи?
Маргарита стояла над Виктором, трясла его за плечо. Он промычал что-то, не открывая глаз, поморщился болезненно. Потом проговорил сердито, с похмельной хрипотцой:
– Да не тряси ты меня, голова болит… Отстань!
– Что с тобой, Вить? Плохо тебе? Хочешь, я чаю горячего сделаю? Или, может, лучше врача вызвать?
– Да какого еще врача… Зачем…
– Чтобы тебя из этого состояния вывести. Ты пьешь уже неделю, Вить. Из дома не выходишь и пьешь. Так же нельзя, что ты! Угробить себя захотел?
– Да ты-то откуда знаешь, что я пью?
– Выходит, знаю! Тебя ж все потеряли, поэтому мне звонят по старой памяти! Думают, ты у меня… То есть ко мне вернулся…
Виктор сел на постели, потер ладонями опухшее лицо. Глянул на Маргариту, наморщил лоб, спросил удивленно:
– То есть… Как это, вернулся? Я что, не дома?
– Фу ты, господи… – всплеснула руками Маргарита. – Дома ты, дома, не беспокойся! Просто немного с ума сходишь, вот и все! В запой ударился… Раньше я и представить себе не могла, что ты с ума сойдешь – вот так… Ты же вообще не пил, Вить! Ты делом занимался! И что теперь? Куда ты катишься, Вить?
– Ладно, я сам разберусь… Сам…
Виктор с трудом поднялся с постели, и Маргарита подала ему халат. Проговорила тихо:
– Пойдем в гостиную, поговорить надо… Так чаю тебе сделать или нет?
– Нет, лучше воды принеси… А может, рассол какой-нибудь в холодильнике есть, а? Что-то мне совсем плохо…
– Так понятно, что плохо! Сейчас гляну, что там у тебя есть… Схожу на кухню…
Вскоре она вернулась, держа в руках большую кружку с чаем. Поставила перед ним:
– Извини, никакого рассола я не нашла. Пусто в холодильнике. Сразу видно, что твоя женушка хозяйством не занималась. Пей чай, Вить. Он крепкий. Тебе легче будет.
– Зачем ты пришла? Ну зачем? Хотела на меня посмотреть вот на такого, да? Скажи еще сейчас – мол, так тебе и надо…
